96 >

шахтоуправления.
     -  Сбегай, позови, -  попросил Крюков. -  Скажи, пацаны с завокзального
пришли, базар есть.
     Тот посмотрел на "пацанов", поставил ведра.
     -  Боюсь  я  его. Витька  -  беспредельщик.  Идите  сами. Да он  сейчас
ширнется и выползет.
     -  Ладно,  двигай!альчишка  подхватил  уголь,  сделал несколько  шагов,
оборачиваясь, и не выдержал.
     - А вы откуда, мужики? В завокзальном я всех знаю.
     - Топай, парень, мамка ждет!
     -  Блин,  да  вы  не анжерские.  А закурить  ек?рюков сделал угрожающий
выпад.
     - Быстро свали!
     И  в самом  деле,  не прошло и  десяти  минут, как от  кочегарки  возле
шахтоуправления  отделилась долговязая, неустойчивая фигура. Определить, кто
это,  не посмотрев в лицо,  было невозможно, поэтому телохранители завернули
ему ласты и сразу же поволокли под фонарь. То ли выпивший, то ли обкуренный,
он  обвис у  них на  руках и  в первый момент  даже не  сопротивлялся,  лишь
промычал  и уронил  голову.  Но  при  свете очухался, выпрямился и попытался
вырваться.
     - Вы чо, козлы, в натуре?се-таки это оказался Филъчаков - неуправляемые
глаза плавали и определить, куда  он смотрит, было невозможно. Однако сам он
все увидел, мгновенно оценил ситуацию и вроде бы протрезвел.
     - Вот  ты и  попал, Витюля, -  заключил Крюков,  испытывая мальчишеское
нетерпение и легкую дрожь. - На Шестой Колонии у старухи видеотехнику брал?
     - Брал, и чо? - с вызовом признался он.
     - Куда дел?
     -  На кайф сменял,  а чо? Чо вам надо, мужики? Руки опустили!  Ну чо, я
сказал?
     Крюкова уже потряхивало от волнения, в душе вихрился мутный мстительный
дым,  а болезненная судорога,  раскроив лицо  надвое,  начинала перекашивать
нижнюю часть, и рот сползал набок. Одновременно  Крюков сознавал, что  перед
ним самый  обыкновенный дебил, наркоман, потерявший все человеческие чувства
и ощущения, в том числе  страх и инстинкт  самосохранения.  Осознавал  это и
помнил свое положение,  но  никакая  сила, ни внутренняя, ни внешняя, уже не

Следующая

96 >