Сергей Алексеев. Когда боги спят -
5 >
обобранных за последнее десятилетие до нитки, отчего с ними уже нельзя было
разговаривать.
- Тебе что нужно-то, бабушка? - мирно спросил Зубатый, выискивая
глазами Хамзата. - Скажи, я помогу.
- Нет, батюшка, ты себе помоги, - заявила она, прикрываясь рваной
рукавичкой от ветра. - Мне-то уж ничего не нужно. Не на этот дом тебе бы
смотреть, а на помыслы и дела свои. Неужто и горе не вразумило? Ведь это
наказание пришло тебе через ребенка! Он ведь нас через детей учит, через них
и наказывает. Бог-то покарал, будто вора - правую руку отсек. Не признаешь,
не искупишь греха, ведь и левую отрубит! Замуж дочку выдал заграницу, так
ведь и там настигнет его десница!убатого передернуло от знобящего страха и
омерзения: такого ему не говорили еще ни за глаза, ни в лицо, ни вслед! На
минуту он ощутил полную беззащитность перед этой больной старухой, бросающей
невероятные, чудовищные обвинения и угрозы. Ничего сразу ответить не смог,
лишь спросил чужим голосом:
- Что же я сделал, бабушка? Убил кого, что ли?
- Ладно бы, убил, другой и спрос тогда. Ведь на муки смертные послал
старого человека. И не чужого - предка своего, сродника кровного. Святого
старца обрек на геенну огненну!н не понял последних слов, переспросил:
- Какого старца? Не знаю я такого!
- Знаешь! И вот свершилось! Пришел час расплаты! Дорого с тебя взял
Господь!н отшатнулся, а старуха потрясла сумкой и добавила неожиданно низким
голосом:
- Ищи Бога, а не власти, ирод! Поди покайся!
- За что покаяться, бабушка? - уже вслед ей спросил Зубатый.
Старуха будто не услышала и заковыляла наискосок через улицу, в сторону
торговой палатки, оставив его в сложном, непривычном состоянии
замешательства, оцепенения и негодования одновременно.
Когда вернулся телохранитель, Зубатого колотило, и это не ускользнуло
от глаз бывшего чекиста.
- Что с вами? - настороженно спросил он, подавая пачку сигарет и
зажигалку.
- Ничего, замерз, - обронил он, не готовый что-либо объяснить. - Тебя