Сергей Алексеев. Когда боги спят -
43 >
своих чувств. Мать умерла слишком рано, и Зубатому всегда не хватало
отцовской ласки.
- Что без света сидишь? - От отца пахло коровами и парным молоком.
- Дойка у меня, энергии не хватает...убатый ждал тяжелого вопроса о
гибели Саши - а чем еще мог встретить скорбящий дед? Однако ни о чем не
спросил, запахнул белый халат, ссутулился и заспешил назад. Коровник,
срубленный отцом еще в начале своего фермерства на "вырост", был заполнен до
отказа - голов тридцать на привязном содержании, причем, коровы
черно-пестрые, породистые. В теплом парном воздухе горел длинный ряд
лампочек, кругом покой, чистота и лишь назойливо зудели портативные доильные
аппараты. Однако более всего удивило другое: сам отец вроде бы лишь
контролировал работу, а доили три женщины разного возраста. Два года назад о
наемном труде отец даже мысли не допускал.
- Ты развиваешься, - непроизвольно заметил Зубатый, но отец, похоже,
расценил это как похвалу, хмыкнул, взял бидон с молоком и открыл дверь.
- Иди сюда. рубленой пристройке, обшитой пластиком и напоминающей
операционную, оказалась сепараторная. Отец вылил молоко в резервуар и ткнул
кнопку. Видимо, хотел произвести впечатление, погляди, мол, все по
последнему слову технологии - не произвел, и потому спросил хмуро:
- От трассы пешком пришел?
- Таксисты не едут...
- Мог бы подождать, через сорок минут придет машина. Два раза в день
ходит, утром и вечером, с молочного комбината - сливки туда сдаю. Ты это
запомни на будущее.адел очки с резинкой и, превратившись в колхозного
счетовода, стал выписывать накладные.
Через четверть часа дойка закончилась, фляги с отсепарированными
сливками и обрат погрузили на тележки и вывезли по бетонной дорожке к
воротам. Женщины тут же разобрали сепаратор, вымыли части горячей водой,
прополоскали и поставили в жарочный шкаф: работали быстро, старательно и
как-то невесело, непривычно молча - не то, что колхозные доярки. Отец