Сергей Алексеев. Когда боги спят -
4 >
тех пор, пока в администрацию не хлынул мощный поток обездоленных
пенсионеров, и пока не дошло до самого, что дело это бесполезное.
Осчастливить всех оказалось невозможно, и потому распорядился записывать и
пускать в кабинет лишь заслуженных, известных ветеранов или их вдов.
Старость делала людей настолько похожими, что Зубатый плохо различал их,
как, например, китайцев или японцев, которые непривычному глазу всегда
кажутся на одно лицо, потому узнать бабульку, да еще и в осеннем полумраке,
он не мог. она узнала его, мало того, ей было известно, что случилось возле
девятиэтажного дома напротив. И видимо, давно наблюдала, выбрала момент,
когда Хамзат оставит пост...
- Тянет, - признался он. - Ноги ведут...
- Подумал бы, может, душа не чиста? - спросила вкрадчиво. - Может,
покаяния просит? Ты ведь, батюшка, то вверх, то вниз зыркаешь, будто сам
скакануть примериваешься. Да выше пупка не прыгнешь.убатый ощутил толчок
недовольства, и надо было бы отвернуться от блаженной бабки или вовсе пойти
вдоль улицы, к оставленной за перекрестком машине. Крикнет что вслед - и
пусть, кругом ни души, да и теперь стало как-то все равно: слухи по городу
носились самые разные, нового ничего не услышишь...днако не ушел и даже не
отвернулся, лишь кепку натянул на голову.
- Скажи еще, это я толкнул его с крыши, - проговорил он отрывисто,
выискивая взглядом Хамзата. - И хожу сюда, как убийца к месту преступления.
- Напраслины не скажу, не возьму греха на душу. Мне нельзя лгать, с вас
Боженька один раз спрашивает, а с меня каждый день.олько сейчас Зубатый
сообразил, что перед ним психически нездоровый человек. Вот и гримасничает
постоянно, вроде голова трясется...
- Иди домой, - посоветовал он. - Тебя, поди, потеряли, час поздний...
- А ты не командуй! - оборвала старуха. - Все, откомандовался. Вон как
тебя расчихвостили! Как петух щипаный выскочил!идимо, она была из тех вечно
обиженных, безутешных и обозленных до душевного срыва пенсионеров,