Сергей Алексеев. Когда боги спят -
36 >
удивительный юноша! Такие глубокие глаза!.. Он все время с девочкой
приходил, подружкой. Хорошенькая такая, миндальные глазки и титечки торчком
стоят, сосочки сквозь блузку светятся, золотые...
- У него не было девушки...
- Как же? Была, зовут Лизой! Я ее тоже писал. Символ чистоты и
непорочности!.. И потрясающе талантлива! Я дал ей холст, кисти, и она тут же
начала писать. Для первого раза очень даже!..убатый внезапно вспомнил визиты
Туговитова еще в первый срок губернаторства: приходил с предложением
подарить областному центру триста своих полотен, но с условием, что для них
построят дом-музей и чтобы там же была мастерская и квартира художнику.
Прикинули затраты и пришлось отказать.ожет, его обидел и отправил в геенну
огненную? Но Туговитов не родственник, не похож на старца, тем паче, на
святого...
- Вы должны обязательно посетить мою мастерскую! - Художник тянул за
рукав. - Это же удивительно, последний портрет, буквально за неделю до
гибели. Неужели вы не хотите увидеть сына живым?
- Хорошо, зайду к вам и посмотрю портрет, - на ходу пообещал он. -
Пожалуйста, не говорите о нем моей жене.атянул пальто, кепку и опомнился.
- А девочка? Девушка?.. Как ее найти?
- Есть телефон ее подруги, - художник зашарил по карманам. - Я и
подругу ее пишу. Такая свежая, грудастенькая, а губки все время чуть-чуть
приоткрыты...н не дослушал, не дождался номера телефона и шагнул в
распахнутые двери... И чуть не столкнулся на крыльце с Зоей Павловной,
озябшей на ветру в бесформенном плащике, в котором она ходила в церковь.
- Я вспомнила, Толя, - на редкость эмоционально зашептала она. - Это
было давно, как только тебя избрали на первый срок... Все вспомнила,
восстановила события. По времени тоже. Старец пришел на четвертый день после
инаугурации.ни остановились в укромном месте на берегу реки, возле памятника
коню: когда-то область занималась коневодством и шла ухо в ухо с