100 >

     - Это я понял. Но пить все равно не буду.
     - Шеф, да наплюйте  на него! -  Кочиневский  приобнял его  и  попытался
повести вдоль улицы. - Мы  с вами на пару сегодня  врежем, как два казака. А
он пусть не пьет...  Не могу никак вспомнить, кто такой профессор Штеймберг?
Засело в голове...
     -  Отстань  с профессором. Если Ефремов  не выпьет  со  мной - уволю, -
Крюков сбросил руку. - Сегодня у меня праздник, понимаешь? Я на своей родной
земле, в городе детства. Да, он такой, мой город, грязный, зачуханный, но он
мой! Я отсюда  родом, из этого  дерьма!  Мы  с ним одной крови,  как звери!н
совсем  не  чувствовал  опьянения,  твердо  держался  на  ногах, мысль  была
отчетливой,  слова приходили высокие и трогательные, а состояние души такое,
что хотелось петь и плакать одновременно. И еще хотелось,  чтобы все  вокруг
тоже радовались.
     -  Нужно идти  домой,  шеф,  - Ефремов  встал  сбоку. -  Там  Валентина
Степановна ждет...
     - Выпьешь - пойдем! -  Крюков  достал бутылку из его  кармана и сунул в
руки. - Ты мужик или нет?
     - Не могу из горла, а стакана нет.
     - Привыкай! Так пьют шахтеры, надо соблюдать традиции.
     -  Я  не шахтер, -  все  еще  упрямился  телохранитель.  -  У меня свои
традиции.
     - А я кто? Ты знаешь, с кем ты пьешь водку?
     - Знаю.
     - Ничего ты не знаешь! Я гений.
     - Согласен, -  засмеялся Ефремов. - Поэтому я с вами. Но все равно пить
не буду.очиневский неожиданно потянул за рукав.
     - Милицейская машина, давайте за палатку уйдем.
     - Ты что, ментов боишься?  -  засмеялся Крюков. - Со  мной  тебя  никто
здесь не тронет! Ну, где менты?
     Он пошел  на синий проблесковый  маяк, движущийся  от вокзала,  замахал
руками - телохранители не отставали и пытались увести его  с проезжей части.
А ему нравилась такая  игра,  и  не  из куража,  не  от каприза; впервые  он
находился в родной Анжерке и чувствовал себя человеком. Он знал, что милиция
в такую пору никого не трогает на улицах и стремится  проскочить мимо, чтобы

Следующая

100 >