Сергей Алексеев. Покаяние пророков -
7 >
как живет наш подопечный, не собирается ли куда... Думал, закончили
разработку и забыли. Время-то суетливое, каждый день перемены. А года три
назад, когда к тебе один кержак приходил... Маленький такой и борода по
пояс. Клестианом Алфеичем зовут. Опять звонок, дескать, к Космачу гость
идет, и описывают, какой. К тому времени он ушел от тебя, неверная
информация, запоздали... Так я и доложил соответственно. Вот тут они
крыльями захлопали! Через два часа своего человека прислали. Помнишь,
контролер ходил, счетчики проверял?.. А сегодня опять звонок: нет ли гостей
у тебя? Оказывается, до сих пор тебя пасут. Так что если со мной что
случится, знай: ты под наблюдением.
-- А что с тобой может случиться?
-- Да мало ли... Все-таки седьмой десяток, сердце ноет. И, может, не от
ветра -- от перегрузки. Думаю много.
-- Надо было сразу сказать, и не мучился бы.
-- Нельзя! -- отрезал Кондрат Иванович. -- Ты человек молодой и в этих
премудростях неопытный. Мог случайно и меня сдать, и сам бы вляпался. А я
знаю, как проворачивать такие дела, чтоб и волки сыты, и овцы целы. Могу
даже научить.
-- Не знаю, что и делать, -- Космач рассеянно походил по избе, слушая
ветер за окнами, -- благодарить или выставить, чтоб дорогу забыл.
-- Это ты сам решай, -- обиделся тот и встал. -- Только дурного я тебе
ничего не сделал. Напротив...
Не договорил, вдруг ссутулился и нетвердыми пальцами начал застегивать
пуговицы -- наверное, чего-нибудь другого ждал. Космач молча слушал крик
жеребца и ощущал, как беспокойство постепенно перерастает в неясную и
необъяснимую тревогу. Однако же, не показывая виду, хладнокровно дождался,
когда Комендант упакуется в дождевик, натянутый поверх старой дубленки,
после чего распахнул дверь.
-- Будь здоров.
И стал смотреть в окно. Согбенный, удрученный старик, даже не
попрощавшись, вышел на улицу, как-то по-пингвиньи соскочил с крыльца и
