Сергей Алексеев. Покаяние пророков -
48 >
люди!.. Выходить в море было нельзя, кругом стояли американские катера,
минные заграждения, и несчастные островитяне питались водорослями и
моллюсками. Передо мной была задача вписаться в их среду и выявить
сигнальщиков. Предатели завелись, американским кораблям семафорили обо всех
передвижениях береговой охраны. А я в молодости был чернявый да еще загорел,
и меня скоро стали принимать за своего. Я построил хижину под пальмами и
поселился в тридцати ярдах от моря. После каждого отлива на берег приходила
девушка галантка, я ее Любой звал. Собирала водоросли и складывала их в
сумку от противогаза. И пела при этом! Все время слышал ее голос сквозь
прибой...
Комендант неожиданно склонил голову, молча налил себе полстакана
самогонки и попробовал запеть на испанском, но лишь сдавленно засипел,
махнул рукой и выпил.
-- Голос был удивительный. -- Утер кулаком слезы. -- А сама так
прекрасна!.. Маленькая, миниатюрная, но тело в совершенных пропорциях. Взял
бы на руки и не спустил больше на землю... И, прошу заметить, носила только
набедренную повязку -- одежды у талантов давно не было, да она там и не
нужна... Никогда больше не встречал такой красоты! Я ждал сначала прилива,
потом отлива, считал минуты, когда она придет, и лишь наблюдал за ней,
иногда с небольшого расстояния.. И так страдал! Но даже не мог подойти к ней
и заговорить, инструкции были очень строгие. Она тоже меня видела, я не
прятался... И вот однажды сама прибежала ко мне взволнованная и сказала, что
движется тайфун, мне надо спасаться, иначе я погибну в своей хижине. Никаких
предупреждений о тайфуне не поступало, и я сначала не поверил, но таланты,
эти дети природы, чувствовали приближение разрушительной стихии, как
звери... В общем, мы побежали в глубь острова и спрятались в небольшом
гроте. Бурю пересидели прижавшись друг к другу, и когда утихло, нам не
захотелось выходить...
-- Счастливый ты человек, Кондрат Иванович, -- грустно позавидовал