Чингиз Абдуллаев. Охота на человека -
97 >
любит, когда въезжают в его лагерь. Эй, Жозеф! - закричал он, - позови
сержанта Фрагу.
Через минуту в комнате стоял коренастый, широкоплечий с грубыми
крестьянскими чертами лица сержант фрага. Военная форма удивительно ладно
сидела на нем, выдавая в, нем старого вояку. Сержант имел рыжие, почти
выцветшие брови, широкий чуть приплюснутый нос, полные губы и немного
выпученные глаза. Остается добавить, что он служил с Астеньо вот уже десять
лет, выделяясь своим усердием и выучкой.
- Хуан, - обратился к нему полковник, - поедешь с этими людьми в
"Дигнидад": Скажешь Шэферу, что я разрешил. Пусть все посмотрят, запишут,
если надо. Снимать там запрещается, - строго сказал он, обращаясь к
"журналистам", - поэтому свои фотоаппараты и камеры можете оставить здесь, у
меня в кабинете.
- Мы оставим их в машине, - благоразумно отклонил его требование
Ричард.
- Как угодно. Только не особенно там расспрашивайте, эта публика не
любит много вопросов. Все, - решительно сказал он, поднимаясь, - можете
ехать, Завтра я жду вас у себя.
Он кивнул им на прощание, так и не протянув руки. Выходящему последним
Фраге, он весело подмигнул, снова усаживаясь в кресло. Настроение у него
было превосходное.
Сантьяго. 30 ноября 1988 года
Заказав утром завтрак для внезапно заболевшего мужа, Моника Вигман
оставалась в номере, включив телевизор. После того как принесли заказ,
Гомикава выполнявший роль мистера Гоуэрса, тихо вышел из номера, отправляясь
к себе вниз. Его собственный номер был расположен на этаж ниже и. Гомикаве
приходилось выполнять сразу две роли - за себя и за Ричарда Саундерса.
От нечего делать Моника Вигман подошла к окну. Стояла обычная для этих
мест ноябрьская жара, внизу слышались крики детей, игравших у фонтана.
Миссис Вигман, открыв окно, долго смотрела вниз, на расшумевшихся ребятишек.
В это время внизу представители чилийской полиции во второй раз
