Марианна Баконина. Школа двойников -
94 >
мечтал гримером стать. И опять расспрашивать начал... -- Марина поискала
глазами пачку с сигаретами.
-- О чем? -- Лизавета, сидевшая ближе к столу, протянула ей коробочку и
зажигалку. -- О чем он ее расспрашивал?
-- О работе. -- Марина держала сигарету очень по-дамски, элегантно и
непринужденно. -- О том, что такое портретный грим. Как его делают. Про
накладки. Когда узнал, опять затрясся. Значит, внешнее сходство не
обязательно? Леночка ему все объяснила -- про тип лица, про губы, про то,
что сходство, вообще говоря, не обязательно. Я тогда еще вспомнила, как она
сделала из Ролана Быкова толстяка Хрущева и как это классно получилось.
-- А он что?
-- Совсем приторный стал, за плечи Леночку приобнял, говорит: "Это вы
занимались гримом на этом фильме! Я восхищен!" -- Марина так произнесла
последнюю фразу, что Лизавете сразу вспомнился большой бал у Воланда и крики
Бегемота: "Я восхищен, я восхищен!" Ей подумалось, что и продюсер, должно
быть, похож на кота -- жирного, ласкового и несимпатичного.
-- А зачем ему был нужен этот портретный грим?
-- Бес его знает, -- пожала плечами Марина. -- Но он несколько раз
переспросил: "Вы и портретный грим можете? Любого двойника сделать умеете?"
-- Двойника? -- машинально переспросила Лизавета. Это редкое в общем-то
слово она слышала слишком часто. И слово теперь казалось ей зловещим. От
него веяло замогильным холодом. Лизавета почувствовала, что у нее леденеют
ладони. -- Он так и сказал -- "двойника"?
-- Вот, вот... Ленка молчит, а я и ляпни, что Ленка лучший мастер по
портретному гриму в городе, кого хочешь "сделает". Тут продюсер как крыльями
захлопает, как закричит, что Леночка -- именно тот человек, которого он всю
жизнь ищет...
Марина замолчала, часто моргая глазами. Потом спросила:
-- Значит, это он...
-- Да не знаю я, -- Лизавета старалась говорить как можно убедительнее,
-- и никто не знает. Ведь ни милиция, ни кто другой толком Леночку и не