Марианна Баконина. Школа двойников -
8 >
Востоке. Выборы шагали по стране вместе с солнцем, в одиннадцать вечера
завершалось голосование на крайнем российском западе -- в Калининграде, и,
пока там голосовали, обсуждение первых результатов по закону считалось
давлением на избирателей.
Разошлись все, кроме сотрудников пресс-центра. Они под
предводительством еще недавно ликовавшего патрона выдвинулись к
контрольно-пропускному пункту и занялись фильтрацией журналистской толпы
"обездоленных".
Впрочем, пресс-начальник не смирился! Он покорно подписывал
аккредитации, но одновременно приговаривал:
-- Зачем, объясните мне, зачем вам здесь толкаться? Проще и надежнее
посмотреть, как подводят итоги, дома, по телевизору. Все вовремя покажут,
объяснят и растолкуют. Сиди себе в халате и домашних тапочках, пей чай,
строчи свою заметку и радуйся, что нет необходимости брести ночью по холоду
неведомо куда!
-- Спасибо за совет, но я не в стенгазете работаю, -- так отреагировал
на уговоры пресс-чиновника и на милое словечко "заметка" парень,
предъявивший удостоверение "Огонька".
Лизавета, случайно подслушавшая этот спор, фыркнула от удовольствия.
Еще бы! "Огонек", учрежденный когда-то для просвещения темных, но читающих
трудовых масс и считавшийся колхозным чтивом, теперь старательно
маскировался под буржуазный "Ньюсуик" и печатал не скромные "заметки", а
солидные обзоры. Молодой человек, вполне видный и явно не обделенный дамским
вниманием, пристально посмотрел на хихикающую рыжекудрую девицу. Но
ответного взгляда не заработал -- у Лизаветы не было времени играть в
гляделки.
В полночь бетонно-стеклянная коробочка парламентского информационного
центра была полным-полна. Известные журналисты и неизвестные доверенные лица
потенциальных думцев слонялись по ярко освещенным фойе и лестницам бывшего
Дома политпросвета, сидели в обитых красной добротной шерстью креслах
большого зала для заседаний, томились в длинных буфетных очередях.