Марианна Баконина. Школа двойников -
69 >
Поливанов?
Выслушав вопрос, Зотов облизнул губы и потупил глаза.
-- Это был удар. Настоящий удар. И не только для Игоря -- для всех нас.
С трудом верится, что этот полный энергии человек болел. Мы много работали,
и Владимир всегда кипел энергией. Он, можно сказать, целиком и полностью
курировал все вопросы, касающиеся реформы средней школы, особенно в части
работы в регионах России. Ведь одно дело столицы -- здесь у нас и гимназии,
и лицеи, а в глубинке у учителей просто опускаются руки...
-- То есть его смерть показалась вам неожиданной и странной? -- Саша не
дал депутату уйти в сторону и начать пространное и бесконечное повествование
о проблемах народного образования в России на рубеже тысячелетий.
-- Более чем странной, мы просто растерялись. Никогда никаких жалоб,
никакой гипертонии -- и вдруг инсульт. Странная смерть...
-- Вот оно! -- Саша остановил магнитофон, надавив на кнопку "пауза". --
Слушай внимательно. Дальше -- больше...
-- И в такой момент, когда объявляли итоги выборов... -- Маневич опять
запустил плейер, теперь в динамике звучал его же голос.
-- Не думаю, что это связано. Игорь Поливанов баллотировался как
одномандатник. Хотя ходят разные слухи... Многие подозревают, что он умер не
своей какой-то смертью.
Лизавета кожей почувствовала, как напрягся Маневич, хотя оператор
держал в кадре только лицо думца.
-- И вы тоже так думаете? И Поливанов, его шеф?
-- Да, -- ответил Яков Сергеевич с несвойственной ему лаконичностью.
Уголки губ депутата поползли вниз, по лицу было видно, что разговор с
корреспондентом его уже не радует. А ведь он всегда так открыт для прессы,
так старается держать хвост пистолетом! Саша продолжал давить:
-- А что тогда делал его помощник в парламентском центре?
-- Он выполнял особое поручение Игоря. Какое точно -- я не знаю. Игорь
не говорил...
Саша остановил магнитофон и победно посмотрел на Лизавету. Она молчала.
Саша уже почти кричал, правда, шепотом: