Марианна Баконина. Школа двойников -
68 >
Лизавета в ответ шипела:
-- Никакого материала я не вижу, это пустое место, пшик! И планы
парламентского центра я тебе не дам!
-- Жадина!
-- Я бы дала для дела. А для удовлетворения амбиций, твоих и думца
Зотова, -- не дам!
-- Послушай! Это не амбиции... Он же сказал: возможно, помощник
Поливанова умер не своей смертью. Он подозревает. Видела, как пасть
захлопнул, когда я начал спрашивать про детали? Он что-то знает или
подозревает. Но молчит, как рыба об лед! Или у него самого рыло в пуху, или
его запугали до полуобморочного состояния, но что-то тут есть! Задницей чую!
-- Саша отмотал кассету минуты на четыре назад и снова запустил интервью.
Картинка была самая обыкновенная: он разговаривал с думцем Зотовым в
помещении для приема избирателей, в маленькой комнатке, выделенной на
депутатские нужды в здании Красносельской администрации.
Мебель здесь осталась прежняя, вполне по-советски казенная -- никаких
дорогостоящих причуд, вроде офиса из Италии: то ли Зотов пока не нашел
достаточно богатых спонсоров, то ли не хотел раздражать посетителей, ходоков
с прошениями. Зато на низеньком столике стоял довольно приличный компьютер,
а рядом красовался цветной принтер -- любую листовку Зотов мог отшлепать, не
отходя от рабочего стола. Чуть поодаль пищал хорошенький факс. На оргтехнику
бывший знаток истории КПСС денег не пожалел. Стены депутатского кабинетика
были украшены портретами Фрейда и Фромма, а также натюрмортом с гладким,
воспрянувшим к новой жизни рублем и мятым, тертым от долгой жизни долларом.
-- Фрейд и Фромм далеки от народа, -- хмыкнула Лизавета.
-- Народ к нему ходит не на портреты смотреть... -- Саша сделал звук
чуть громче.
В рамке экрана, на фоне оргтехники и антинародных портретов, народный
избранник отвечал на вопросы корреспондента "Петербургских новостей".
-- Яков Сергеевич, скажите, как отнесся к известию о скоропостижной
кончине своего помощника ваш коллега из Комиссии по делам образования Игорь