67 >

кабинетов в  редакции не хватало. Писали, а  заодно поедали конфеты, яблоки,
бананы и бутерброды. Для  объедков и разорванных в творческом порыве бумаг и
поставили пластиковую корзину.
     Там,  за  шкафом,   техники  и  режиссеры  готовились  к  эфиру  ночных
"Новостей". Готовились  активно, если  не сказать суетно. За десять минут до
выхода  в  эфир на пульте вылетел  звук, исчез неведомо куда, как в пропасть
сгинул.  Началась  обычная  суета.  Народ  бегал из одной комнаты  в другую,
отделенную от первой стеклянной  перегородкой,  дергал и двигал всевозможные
рычажки и  давил на всяческие кнопки. Настоящей боевой тревоги, по сути,  не
было  -- все давно привыкли, что  пульт, или  магнитофон,  или  плейер,  или
кабель,  или  еще что-нибудь крайне  важное постоянно выходит  из  строя  --
причем, как правило,  в  самое неподходящее время.  То один из телевизионных
котов написает  в режиссерский пульт и срочно приходится сушить  аппаратуру.
То на время эфира назначат еще и перегон сюжета  из  Нижнего или  Мурманска,
при этом видеоинженеры должны, в  нарушение всех  правил,  перекоммутировать
магнитофоны  на  прием  и  передачу  в течение десяти  минут,  тогда как  на
подобную  операцию отводится минимум  полчаса.  То  кто-то острым  каблучком
перебьет  кабель,  связывающий студию  "Новостей" с программной  аппаратной,
которая передает сигнал  собственно  в эфир, и картинка исчезает на глазах у
тысяч изумленных телезрителей. К чрезвычайным происшествиям привыкают, как и
ко   многому  другому,  и   они  становятся   рутиной.  Конечно,   несколько
утомительной рутиной, но не более того.
     Старые, тертые сотрудники  "Новостей" --  Саша Маневич и Лизавета -- не
обращали внимания на  суету за спиной. Тихонько бубнил магнитофон, в который
Саша зарядил отснятую у депутата Зотова кассету,  а молодые люди так же тихо
и ожесточенно спорили.
     --  Я возьму твою картинку из парламентского центра, интервью Зотова, и
это будет репортаж! -- громким шепотом твердил Саша Маневич.

Следующая

67 >