Марианна Баконина. Школа двойников -
58 >
Шеренга красивых, улыбчивых и белозубых на американский манер людей,
одетых исключительно в белое, дружно шагала в сторону горизонта, за которым
скрывалось светлое будущее. Потом шеренга распалась на отдельные пары.
Блондинистый парень шел, приобняв за плечи длинноволосую шатенку в хитоне.
Старик с седой шевелюрой и неправдоподобно благородным лицом нес на руках
розово-белого младенца, точь-в-точь такого, что рекламируют непромокаемые
подгузники. Две очаровательные дамы средних лет тоже куда-то вышагивали рука
об руку, мило беседуя о возвышенном. Причем шли они все не по чисту полю, а
по просторному Невскому, прямо по проезжей части, которая вовсе и не была
проезжей -- машин не просматривалось, -- так что, получалось, сбылась мечта
тех, кто боролся за экологию города в конце восьмидесятых -- главный
проспект города стал пешеходной зоной. А куда они все направлялись, судя по
всему, знал хмурый, но явно добрый человек, тоже в белом, безукоризненно
белом костюме. Он слабо, как и положено человеку серьезному, улыбался, и в
глубине его глаз играла хитринка.
Эй, кто-нибудь!
Несмотря ни на что, мы отправились в путь,
Мы держим путь в сторону солнца! --
дружно комментировала шествие веселая бит-троица. Комментировала,
разумеется, за кадром.
-- Отлично, теперь мягкий, очень медленный микшер... -- приказал
укрытый темнотой режиссер. Монтажер послушно "смешал" картинку -- медленно
испарилось мудрое лицо политика, растеклась по белой простыне шеренга.
Режиссер продолжал распоряжаться: -- Переходим на историю про любовь... --
Только теперь Витя Новоситцев заметил Лизавету и Сашу Маневича, которые уже
минут двадцать стояли в углу монтажной и наблюдали.
Лизавета подозревала, что видеомэтр слышал, как они вошли, и намеренно
тянул время, чтобы показать, сколь глубоко погружается в работу подлинно
творческая личность. Свои догадки она оставила при себе.
-- Привет, гости с Чапыгина! -- Витя, как обычно, изъяснялся при помощи