54 >

общем, она хороший человек, все очень переживают. Помогите, пожалуйста.
     -- Что могу -- сделаю, -- повторил Анатолий Егорович.
     -- Спасибо.  -- Лизавета не слишком рассыпалась в  благодарностях  и не
слишком верила, что услышит в ближайшее время его голос. Разве что приедет с
очередной инспекцией  начальство из Москвы и надо будет снимать сюжет. Тогда
Иванов, может быть, и вспомнит о "взятом под контроль" деле.
     А вот Саша взял в голову все услышанное, он даже вспомнил саму Леночку,
и как только Лизавета положила трубку, начал задавать вопросы:
     --  Леночка?  Это  которая  Хрущева  делала?  Ты сказала,  она живет  в
Рыбацком. Это Невское РУВД?
     Лизавета не разбиралась в территориально-милицейском делении. Саша и не
думал, что она  разбирается, он просто проверял себя. Теперь он  внимательно
листал свой неизменный блокнот.
     -- У тебя есть кто в Невском? -- спросила Лизавета.
     -- Есть-то есть.  Не знаю,  что  мне  сейчас ответят. -- Саша продолжал
листать исписанные мелким почерком страницы.
     Лизавета догадывалась, почему он ответил так неопределенно.  С приходом
в  ГУВД нового руководства и с  назначением нового начальника пресс-центра в
милиции начались гонения на сотрудников, напрямую сдающих информацию прессе.
Именно из-за этого Саша Маневич  не любил майора Иванова. Он лишил  Маневича
многих информаторов. А как известно, найти труднее, чем потерять.
     -- Этот Змей Горыныч развел такие  строгости,  что  я уже не знаю, куда
можно звонить, а куда нельзя, -- буркнул Саша и стал набирать номер.
     В милиции трудятся  такие же люди, как и везде. Чуть более циничные или
чуть  более  самоотверженные.  Карьеристы   и  бессребреники.  Весельчаки  и
угрюмцы. Компанейские ребята  и  законченные индивидуалисты.  Правдолюбцы  и
лжецы. Словом, люди. Как везде, эти люди,  вооруженные казенными пистолетами
и  красными  книжечками,  ссорились  и  мирились,   помогали  друг  другу  и
подсиживали  недругов.  Поэтому, несмотря  на  строгие  циркуляры  "сверху",

Следующая

54 >