Марианна Баконина. Школа двойников -
20 >
компьютерщики, и труженики Центризбиркома. Они тоже устали, тоже хотели
поскорее уйти домой, и они, как никто другой, хотели избавиться от шумной,
свободолюбивой репортерской орды, которая всегда рада схватить первое
попавшееся лыко и вставить его в подобающую строку. ЦИК намеревалась выбить
из бюджета немалые деньги на развитие компьютерно-выборных технологий,
поэтому лишняя ругань и насмешки в прессе никоим образом не устраивали тех,
кто профессионально служил процедуре вольного народного волеизъявления.
Избирательные комиссии в России работают постоянно, а самая постоянная,
естественно, -- Центральная. Лизавета, смотревшая бессмертное кино, тоже
прошла в зал.
Итоговая пресс-конференция была такой же нудной, как и все предыдущие.
Судя по всему, семьдесят процентов тех, кого посадили в президиум и кто
отвечал на вопросы, страдали отеком мозга и раздвоением личности
одновременно. Выглядело все примерно так:
-- У меня вопрос к начальнику компьютерного отдела. Каким образом вы
можете предотвратить подтасовку при компьютерном подсчете голосов? --
вопрошал юноша в очках и с блокнотом.
-- В программу не может войти ни один посторонний человек. Я не хотел
бы вдаваться в технические тонкости, но могу сказать с уверенностью... -- И
заместитель начальника Центризбиркома принялся мутно объяснять, сколько
степеней защиты внедрено в систему. Все терпеливо слушали. Те же, кто хоть
капельку разбирался в программировании, прятали снисходительные улыбки. Глеб
пробрался к Лизавете по заполненному ряду как раз тогда, когда начальник
компьютерного отдела в пятый раз повторил про пять степеней защиты.
-- Они забыли про Салинаса, -- чуть не захохотал Глеб прямо в
Лизаветино ухо.
Прогрессивные журналисты в большинстве своем знали печальную повесть о
всесильном мексиканском президенте Карлосе Салинасе де Гортари. Он
президентствовал с 1988 по 1994 год, а теперь считается чуть ли не врагом