Чингиз Абдуллаев. Почти невероятное убийство -
30 >
встретиться с ней у кинотеатра. Вам знакома эта записка?
К. Эдстрем. Нет, я ее и в глаза никогда не видел. Это явная провокация.
Повторяю: у меня не было никаких интимных отношений с убитой.
Г. Салливан. Я протестую! В записке не сказано, что встреча состоится
именно с моим подзащитным. Это мог быть любой человек. Записка могла быть
подброшена.
Следователь. В таком случае ознакомьтесь с, протоколом обыска квартиры
обвиняемого Карла Эдстрема. (Протокол прилагается)
Он ждал уже третий час. По расчетам Виктора, Дренкович давно должен был
быть в Нью-Йорке, если, конечно, он не опоздал на утренний экспресс. Но
старика не было. Через каждые полчаса Асенов звонил дежурному, пытаясь
выяснить, не появился ли этот долгожданный свидетель, но фотографа
по-прежнему не было.
В час дня появился Деверсон, который ездил в главное здание ООН, на
набережной Ист-Ривер, чтобы сдать необходимые документы. Мрачно пробормотав
приветствие, он прошел к своему креслу. Асенов сразу понял, что его коллега
не в духе.
- Что случилось, Чарльз? Опять неприятности?
- Еще какие, - недовольно ответил Деверсон. - Вызывают охранников,
дежуривших с нами в тот вечер. Все стараются допытаться, кто именно мог
тогда проникнуть на наш этаж. Мистер Оруэлл, правда, считает, что убийца
все-таки Эдстрем, но наш генеральный директор сильно сомневается. Думает,
что убийца - человек посторонний. Он каким-то неведомым образом мог
проникнуть к нам, а затем скрыться.
- А как ты считаешь, Карл мог убить Анну Фрост? Неужели ты серьезно
веришь в такую возможность? - спросил Асенов.
- Знаю, знаю. - Деверсон махнул рукой. - У нас в ЦРУ был даже такой
курс - "Этические взгляды возможного противника". Гуманизм, вера в
социальную справедливость, в человека - это ваши социалистические идеалы.
Вещь, конечно, неплохая. Но для вас. А в жизни я знал много случаев, когда
за солидную сумму любой человек мог стать убийцей или предателем.