Чингиз Абдуллаев. Почти невероятное убийство -
16 >
Ч. Деверсон. А разве в этом могут быть сомнения? Конечно, Карл Эдстрем.
Я не знаю, что на него нашло. Он хороший специалист, один из лучших
криминалистов-бал-листов, но... в тот вечер с ним могло что-то случиться.
Какой-нибудь приступ или нечто подобное. Вы напрасно это исключаете
полностью. Проверьте эту версию. Другого объяснения просто не может быть. Ни
один человек не мог проникнуть на этаж.
Следователь. А теоретически такая возможность допустима?
Ч. Деверсон. Нет, у нас повсюду камеры, специальные приборы,
фиксирующие появление любого человека. Меры предосторожности, как в
Рокфеллеровском центре. Нет, даже теоретически такая возможность
исключается.
После нападения Виктор был осторожнее обычного. Теперь, поднимаясь но
лестнице, он цепким взглядом окидывал коридор и лишь затем уже проходил к
своей квартире. Вот и сегодня, войдя в подъезд, он тщательно осмотрелся. Все
было на месте. Асенов хорошо понимал, что специальные службы США не оставят
его без внимания. Нет-нет, но раз-два в месяц обязательно наведаются. А ведь
Соединенные Штаты должны проявлять традиционное гостеприимство ко всем
работникам специализированных учреждений ООН, хотя бн как страна, где эти
учреждения находятся, но тем не менее дипломаты, инспектора, эксперты,
криминалисты, просто посланцы из других стран находились под особым
вниманием некоторых организаций. Виктор почувствовал это в первый же месяц
своего прибытия. Он не сомневался, что его телефон прослушивается и что
комнату его давно навестили "гости". И хотя подобное шло вразрез с
международным правовым статусом специализированных учреждений ООН, тем не
менее такая практика существовала. А если учесть, что среди работников
Постоянного комитета ООН по предупреждению преступности и борьбе с ней было
много бывших работников органов безопасности своих стран, то становится
понятен особый интерес, проявляемый к ним со стороны ЦРУ и АНБ.