Чингиз Абдуллаев. Символы распада -
8 >
занимается военная прокуратура. Ведь в нашем городке ГАИ нет. Некому следить за тем, кто и как ездит. Вот ребята и позволяют себе иногда расслабиться. Но я их и осуждать не могу. Сами понимаете, никаких других радостей у них нету. Раньше хоть кино привозили. А сейчас по домам сидят. У многих есть видеомагнитофоны, вот они кассетами и обмениваются. Зарплату месяцами не платят, отсюда семейные проблемы. Ну, ребята и сорвались... - Понятно, - мрачно согласился генерал-полковник, - раньше в такие центры, как ваш, вся молодежь рвалась. А сейчас никто и ехать не хочет. - У нас зарплату три месяца не выплачивали, - сообщил директор Центра, - поэтому никто к нам теперь и не едет. Если так пойдет дальше, через несколько лет здесь одни старики останутся. И ваши охранники. - Не допустим, - уверено сказал генерал, потом помолчал и спросил: - Вы слышали последние сообщения, напрямую касающиеся нас? - Кое-что слышал. - В американском конгрессе начались слушания по проблемам ваших "чемоданчиков". Вчера там выступил академик Яблоков, бывший член Совета безопасности России и помощник Президента. Он рассказал о том, что такое оружие действительно было разработано и существует в России. - Я об этом уже слышал, - угрюмо кивнул директор. - С Яблоковым я часто встречался в академии, всегда считал его нормальным человеком. Что на него нашло, не могу понять. - Он бывал в вашем Центре? - Нет. - Вы убеждены? - Абсолютно. Любой посторонний, даже если это президент страны, для посещения нашего Центра, должен получить на это санкцию сразу в нескольких ведомствах. И пока не будет моего личного разрешения, никто сюда не попадет. Мы четко фиксируем появление любого постороннего, так или иначе попадающего в Центр. У нас отбор строже, чем у космонавтов. Нет. Он никогда не был в нашем Центре. - Тем не менее он знает о вашей продукции. - Естественно, - вздохнул директор, - полную секретность обеспечить, к сожалению, невозможно. В Москве достаточно людей, которые знают примерно,