62 >

военные. Им нужно было следить за порядком в Центре, а не  про  офицерскую
честь помнить".
   -  А  почему  вы  разрешили  поменять  смену?  -  снова  спросил  он  у
Кудрявцева. - Тем более, если раньше таких прецедентов не было.
   - Ребята попросили, - пожал плечами Кудрявцев. - Я даже забыл про  этот
случай. А потом они так нелепо и трагически погибли.
   - Они чем-то обосновывали свою просьбу?
   - Нет. Просто сказали, что им нужно поменяться.
   Земсков хотел задать  еще  много  вопросов.  Его  немного  смущали  эти
академики, которые были теперь совсем не нужны. Он уже собирался попросить
их выйти из кабинета, когда в комнату ворвался Машков.
   - Его нигде нет, - доложил он тяжело дыша, его нигде нет.
   - Кого?
   Генерал  не  хотел  признаваться,  что   уже   просто   начал   бояться
неприятностей этого дня. Он-то посчитал, что все они кончились, он еще  не
знал, что самая главная неприятность ждет его впереди.
   - Водителя грузовика, - доложил Машков. - Мы нигде не можем его найти.
   - Так, - злым голосом сказал Земсков, глядя на Ерошенко. Если  исчезает
военнослужащий, то это уже  прямое  дело  ведомства  Ерошенко.  Пусть  они
покажут, на что способны. Это их проблема.
   - Как это исчез? - поднялся Ерошенко. - Где он сейчас?
   - Его нет ни дома, ни на службе. Вчера ночью  он  не  пришел  ночевать.
Жена не беспокоилась, думала, что  он  на  дежурстве.  Его  нигде  нет  со
вчерашнего дня.
   Ерошенко посмотрел на Земскова. Оба генерала  поняли,  что  их  главные
проблемы еще только начинаются.


САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. 7 АВГУСТА

   Сухарев хорошо знал, как провозятся нужные  грузы.  Сириец  не  впервые
поручал ему подобные дела. В этом не было ничего сложного.  Все  документы
на вагон оформлялись, как полагается. И затем в  середине  вагона  бережно
укладывалась "посылка", которую  следовало  перевезти.  Обычно  перевозили
лесоматериалы и бумагу, причем в обе стороны. Так что  спрятать  "посылку"
было легко. Пограничникам и таможенникам, уже знавшим Сухарева в лицо, и в

Следующая

62 >