Чингиз Абдуллаев. Символы распада -
59 >
- Это вы работали десятого июня? Ваша была смена? - Не помню, - с достоинством ответил тот. - А почему вы кричите? Академики с удивлением посмотрели на сорвавшегося генерала, и тот вспомнил, что обязан сдерживаться, хотя после подтверждения самого факта хищения это было очень трудно. Ядерные заряды похищены два месяца назад, а ФСБ только сейчас узнает об этом. Генерал Земсков с ужасом представлял себе реакцию руководства. - Извините, - выдавил он, - у меня нервы шалят. Скажите, это ваша смена работала десятого июня? - Нужно проверить, но мне кажется, что моя. Как раз Глинштейн и Суровцев за день до своей нелепой гибели попросились в смену. Они согласились сопровождать наш груз. Я даже удивился, ведь обычно подобного никогда не случалось. От этой обязанности увиливали все наши сотрудники. - Они попросились именно десятого? - привстал со своего места Земсков. Рассуждения академиков находили более чем убедительное подтверждение. - Нет. Они просили об этом еще за день или за два, чтобы успеть получить "добро" руководства. Я даже докладывал Кудрявцеву, и он тоже удивился. - Вы знали об этом? - обернулся генерал к Кудрявцеву. - Да, - смущенно кивнул тот. - Просто я совсем забыл об этом. Они действительно подошли ко мне восьмого или девятого июня и попросились в эту смену. - А почему вы сразу об этом не сказали? - стукнул кулаком по столу Земсков. - Я не придал этому значения, - опустил голову Кудрявцев. Он снял очки и глухо добавил: - Теперь я понимаю, что мне тогда не следовало разрешать им вот так просто выйти в эту смену. Нужно было уточнить причины, узнать, почему они просятся не в свою очередь. Там была очередь совсем другой пары... Но я им разрешил. Наша обычная запарка, столько было работы, что я даже обрадовался, узнав, что они сами хотят... В общем, вы понимаете, я тогда разрешил. И совершенно забыл об этом. И только сегодня, когда сказали, что они дежурили именно десятого июня, я вспомнил, что это была