Чингиз Абдуллаев. Уйти и не вернуться -
82 >
заверните в парашюты. Потом позовете меня, я прочту поминальную суру из
корана.
- Не понял, - изумился Борзунов.
- Абу-Кадыр и все его люди должны видеть, что среди нас есть
мусульмане. Мы хороним их людей по законам шариата. Это произведет сильное
впечатление иа фанатиков. И если кто-то из нас действительно попадет в их
руки, мы можем рассчитывать хотя бы на быструю смерть.
- Ясно.- Борзунов и Елагин начали раздевать первого из погибших.
- Все-таки, как они нас вычислили? - задумчиво внросил Рахимов.
- Очень просто. По вашим лицам, - пояснил Асанов, - у вас только
двухдневная щетина. А у Абдулло была уже борода, поэтому его можно было
спокойно оставить в селении, а за вас я беспокоился. С сегодняшнего дня
никому не бриться.
Правоверный мусульманин не должен ходить с гладко выбритым лицом.
- Нам тоже? - спросил Елагин.
- Всем, - отрезал Асанов, - и давайте скорее заканчивать. Этот день
получился слишком длинным. Нам уже пора выступать.
II. Воспоминания. Капитан Петр Олегович Свешников
Вообще-то командиром их группы должен был стать Петр Свешников. Но в
последний момент начальство решило, что наличие многомиллионного таджикского
населения в Афганистане позволяет сделать руководителем группы Акбара
Асанова. Решение было принято где-то очень высоко, и о его мотивах им,
конечно, не сообщили.
Правда, на дружбе обоих офицеров это как-то не сказалось, и они
по-прежнему были в хороших отношениях, а Петр Свешников официально считался
первым заместителем Асанова. Его любили все - медсестры, нянечки,
стенографистки, переводчицы, даже жены других сотрудников посольства,
временно пребывающие в Кабуле. Он был настоящим сердцеедом - неутомимым и
изобретательным.
Асанов, отчасти старавшийся сохранять супружескую верность, хотя на
войне это получалось не всегда, тем не менее относился к увлечениям
Свешникова с должным пониманием, не особенно препятствуя его частым отлучкам