Чингиз Абдуллаев. Уйти и не вернуться -
7 >
стул, - спокойно тут у тебя?
Остальные двое гостей пока молчали.
- Как сказать, - осторожно ответил капитан, не зная, что следует
говорить в присутствии незнакомых людей.
- Давно не стреляют? - спросил Салтыков.
- Уже дней десять. Как ранили Алимова, с тех пор никто не стреляет, -
показал Шершов рукой в сторону Афганистана.
Это был один из самых сложных участков таджикско-афганской границы, и
Шершов знал, что в отряде Салтыкова не бывает и одной недели без тяжелых
потерь. Слава Богу, здесь высоко в горах царил относительный порядок.
Отрядов оппозиции тут не было, а контрабандистам лишний шум был ни к чему.
- Засиделся ты, Шершов, на одном месте, - вдруг сказал Салтыков, -
сколько здесь уже?
- Да почти восемь месяцев, - посчитал Шершов.
- Завтра вечером поедешь в Душанбе получить новое назначение.
- Что случилось? - испугался Шершов.
Салтыков так с ним никогда не разговаривал.
- Ничего не случилось. Просто привез приказ. Ты переводишься в другое
место. Спокойное, хорошее место на границе с Америкой.
- Где? - изумился Шершов.
Карту он еще помнил, - разве у нас есть граница с Америкой?
- Хватит болтать, - стукнул кулаком по столу Салтыков, - приказ есть
приказ. Поедешь на Чукотку заместителем командира отряда.
- В Сибирь? - Шершов подумал, что перепил вместе с Никитиным.
- Успокойтесь, капитан, - вдруг сказал один из гостей в штатском плаще,
- товарищ подполковник немного преувеличил. За отличную службу вы получаете
новое назначение. И, кстати, досрочно звание майора.
Шершов окончательно решил, что над ним издеваются.
- А семья? - спросил он пересохшими губами.
- Вызовите семью из Новосибирска, - этот тип даже знал, где находится
его семья.
- Но, почему? - наконец выдавил Шершов.
- Это другой вопрос. Товарищ Салтыков вам все объяснит.
- Понимаешь, - сказал подполковник, показывая на все время молчавшего
человека в военной одежде, - завтра вот этот... Словом, он пойдет нарушать