29 >

месяц  назад, на Пленуме 27 ноября.  Не сочли возможным  позвонить Кунаеву в
Казахстан, Щербицкому на Украину, Романову в  Ленинград. Не было заболевшего
Пельше.
     Подозрительный Гришин, узнавший от Черненко, что у  Брежнева собираются
члены Политбюро, сам позвонил Генеральному секретарю.
     -  Мне нужно  приехать,  Леонид Ильич?  - спросил  Гришин  своим тихим,
всегда хорошо поставленным, голосом.
     -  Зачем? -  удивился Брежнев,  - занимайся своими делами. Здесь и  без
тебя народу будет много.
     В  приемной  Брежнева  гостей  встречал помощник,  каждый раз звонивший
Черненко, сообщая, кто именно пришел .к Генеральному секретарю.
     Черненко сразу обратил внимание, что нет  членов Политбюро из регионов.
Он  знал  - Брежнев  тайно готовит  его  на роль  уже  совсем  постаревшего,
временами  просто теряющего координацию  Суслова. И  на правах  секретаря ЦК
КПСС и  руководителя общим  отделом,  Константин Устинович знал  также,  что
сегодня будет рассматриваться  вопрос  до  Афганистану.  Он  понял,  что сам
состав  приглашенных  определил Андропов, единственный человек,  которого он
панически боялся и ненавидел. Увидев,  что Гришин  так" не приехал, Черненко
позвонил Брежневу.
     - У  нас  будет  международный вопрос,  - сказал он своим  задыхающимся
голосом, - может, пригласить еще Зимянина и Пономарева?
     Оба были секретарями ЦК КПСС, курирующими международные вопросы. Но они
не были членами Политбюро.
     - Только Пономарева,  - разрешил Брежнев, -  а Зимянина не нужно. Будет
Андрей Андреевич, он лучше разбирается в таких вопросах.
     Черненко положил трубку и начал собирать бумаги.
     Обычно  в кабинете Брежнева  во главе  стола справа  и  слева  садились
Суслов   и   Косыгин.  Даже  Подгорный,   будучи   формально   руководителем
государства,  не смел занимать их места,  усаживаясь после Косыгина. Рядом с
Сусловым всегда  сидел Кириленко. Так они  разместились и в этот раз. Справа
оказались  четыре  секретаря  ЦК  КПСС   -  Суслов,  Кириленко,  Черненко  и

Следующая

29 >