Чингиз Абдуллаев. Дронго -
93 >
полицейские. Щелкнули наручники, его обыскали и привезли сюда.
Ничего подозрительного они, конечно, не нашли. Ямайский паспорт не
привлек их внимания. Сначала его не допрашивали, но Хун Сюнь, видимо, успел
дать показания, и им стало известно, что стрелял именно он. Показания двух
раненых членов триады и хозяйки заведения подтвердили правоту китайца, и все
внимание полиции переключилось на него, столь ловко стреляющего ямайского
коммерсанта. И вот уже теперь второй час, как они пытаются поймать его на
противоречиях, задавая беспрерывно вопросы. И единственное, что его сейчас
действительно беспокоило, - это куда пропал Чанг. Он его так и не увидел ни
среди полицейских там, ни среди офицеров тут. А передать сообщение Дюпре
очень нужно. Господин Муни может узнать об аресте Хун Сюня и исчезнуть из
виду или обрубить все концы.
Рассуждая логично, он понимал - его участие в группе "Дубль С-14" и в
ходе самой операции завершено. В лучшем случае через месяц, а то и два его
затребует Интерпол как международного преступника, и, если, конечно, власти
Индонезии его выдадут, он сумеет вернуться домой. Ну а до этого ему, видимо,
придется сидеть в тюрьме. Это тоже его работа. Не может же он рассказывать
первым встречным о "голубых", не может же он доказывать полицейским, что он
специальный агент.
Но сообщение о господине Муни надо передать обязательно и как можно
скорее, иначе потом может быть поздно. А это пока единственно верная нить. А
все-таки где Чанг? Неужели он не знает, что среди арестованных был
коммерсант с Ямайки Жозеф Урибе? Пока, видимо, не знает. Но завтра к утру, в
крайнем случае послезавтра, узнает и тогда, конечно, постарается с ним
встретиться. Но будет поздно. Слишком поздно.
- Мы нашли пистолет, из которого застрелен гражданин Индонезии, под
окнами той комнаты, в которой вы находились, - раздался голос.
Его допрашивал офицер, видимо, неплохо владевший испанским языком. Двое
других все время ходили по комнате.