Чингиз Абдуллаев. Дронго -
66 >
2. 8.? Правильно я понял?
- Да, - подтвердил Чанг.
- Из него, похоже, больше ничего нельзя выжать, - заметил Гонсалес.
- Похоже на то. Конспирация доведена до совершенства, - недовольно
бросил Дюпре.
- Значит, так, Куусмууджа, мы вас не убьем и очень ценим ваши правдивые
ответы. Так вот, до города доберетесь сами. Думаю, что это несложно. Чанг,
предупреди его, чтобы никому никогда ничего не рассказывал. Это не в его
интересах. Сколько у него членов семьи?
- Восемь, - перевел Са.
- Пусть поменьше болтает, а то они останутся без кормильца. Скажи: как
только доберется до первой телефонной будки, пусть позвонит домой, там
наверняка уже волнуются. Прощай.
Повернувшись спиной, Дюпре исчез в темноте. Мигель и Чанг поспешили за
ним. Старик, еще не понявший, что его отпустили, вдруг заметил, что остался
один, и, упав на колени, стал горячо молиться.
В город возвращались молча. На поворотах Луиджи не сбавлял скорости, и
колеса визжали, пугая ночных прохожих.
- Что с тобой? - спросил Мигель.
- Вы бы еще поцеловались с этим мерзавцем, - зло огрызнулся Луиджи. -
Это ведь он приказал убить Таамме.
- Он не приказывал, он только передал чужой приказ, - устало подтвердил
Дюпре. - Да и потом у него ведь дети...
- А у Таамме не было детей?
- Были. Но старик занимается этим грязным ремеслом не потому, что очень
хочет, а всего лишь для того, чтобы прокормить семью. Социальные условия. Мы
не можем изменить существующий строй Индонезии, чтобы накормить голодную
семью старика. А его агенты всего лишь мелкая сошка, торгующая граммами
героина в подъездах домов. Ими пусть занимается полиция Джакарты.
- Что теперь? - обратился Мигель к Дюпре.
- Теперь мы нанесем визит этому 4. 2. 8. и попытаемся выяснить, кто он
и откуда узнал про Таамме.
- Думаешь, он знает?
- Вряд ли, но если даже не знает, то укажет нам, откуда этот приказ.
Судя по всему, это уже среднее звено, и наверняка нам будет что у него