Чингиз Абдуллаев. Дронго -
33 >
нет ли за ним "хвоста". Кажется, все было в порядке. Для очистки совести он
сделал еще один контрольный заход, но и на этот раз ничего не обнаружил.
Профессионалы его класса довольно легко определяли скрытое наблюдение.
У небольшого серого дома в конце улицы он остановился. Мигель сразу
узнал этот дом по фотографии. Тайник должен быть здесь. Гонсалес подошел к
зданию и еще раз оглянулся. Полупустая улица не вызывала подозрений. Он
провел рукой по низенькому заборчику. Рука сразу нащупала небольшой зазор.
Через секунду у него в руках был небольшой патрончик. Достав носовой платок,
он опустил донесение в карман, а следующим движением руки положил в тайник
свое донесение. Такие тайники бывали практически везде. Агент ежедневно
докладывал о работе. Разумеется, он встречался и со связниками, но это
донесение часто бывало последней вестью от навсегда замолчавшего агента.
В каждом таком донесении бывало несколько цифр, обозначающих целую
группу слов. Шифр каждый раз менялся, и агенты знали лишь свой шифр. В
шифровке, которую положил Гонсалес в тайник, указывалось: "Агент "К-37"
прибыл в Богор. Все спокойно. Послание предыдущего агента изъято" ""К-37" -
позывной Мигеля Гонсалеса".
В кармане Мигеля лежала еще одна шифровка. В случае опасности он должен
был положить туда эту, где указывалось, что обстановка весьма тревожная. При
смертельной опасности в тайник закладывался не пустой патрончик с запиской,
а настоящий боевой патрон.
Гонсалес, нашарив в кармане донесение Моррисона, вздохнул. На улице
шумели люди, мимо сновали прохожие - здесь вскрывать опасно. Пот катил
градом, майка прилипла к телу, но он стоически переносил эту жару.
Единственное, что он позволил себе сделать, это несколько ослабить узел
галстука. Пиджак был плотно застегнут, и кобура с ручкой пистолета не были
видны. На этот раз у него не было привычного ему по прежним операциям
"магнума", его заменял французский "П-38". Глушитель болтался в правом