Аркадий Григорьевич Адамов. Злым ветром -
60 >
эта для него весьма подходящая. То же несоответствие между формой и
содержанием. Внешне все там выглядит вполне благопристойно, красиво, с
эдакой тягой к искусству. А внутри все нечисто, все подозрительно.
Но для нас сейчас главное - это установить, появляется там Мушанский
или нет. Приблизительные данные нас, как вы понимаете, не устраивают. Мы
показываем его фотографию некоторым людям, одни вообще не узнают в нем того
человека, другие не очень уверенно, но узнают. Словом, туман. Плохо еще, что
мы не знаем, под какой фамилией сейчас живет Мушанский, как его сейчас
зовут.
Интересно и то обстоятельство, что, видимо, никогда и никто из
посторонних ночевать в квартире Худыша не остается. Хотя всякие компании
часто засиживаются допоздна, и музыка там гремит вовсю.
Кроме того, наблюдение, проведенное за этой квартирой, уже в течение
первых суток показало, что отнюдь не все посетители заходят туда спокойно,
некоторые проделывают это весьма осторожно и даже с некоторой опаской.
Причем, как правило, в таких случаях долго там не задерживаются и всегда
что-то приносят с собой или что-то выносят. Обычно у подъезда их ожидает
такси. Словом, объект этот весьма подозрителен, но вот следует ли нам
задерживаться на нем, неизвестно. Все зависит от того, бывает ли там
Мушанский. А как это установить, мы пока решить не можем.
Мы сидим уже часа два в прокуренной комнате участкового инспектора. И
вдруг Авдеенко изрекает:
- А ведь Элеонора Михайловна, что ни говорите, дамочка соблазнительная.
- Ну и что? - лукаво спрашивает Яша Фомин.
- Как "что"? - отвечает Авдеенко и мечтательно смотрит куда-то в
пространство. - С ней небось каждому охота познакомиться.
- И тебе тоже?
- А что? - Авдеенко подмигивает. - Я не живой человек, по-твоему?
- Ты медведь, притом косолапый, - решительно возражает Фомин. - Герой
не ее романа. Вот, к примеру, Виталий, это да.
И все смотрят на меня. Я невольно усмехаюсь.