Аркадий Григорьевич Адамов. Злым ветром -
48 >
- У вас там какие-нибудь неприятности, Варя? - мягко спрашиваю я.
- У меня все хорошо. Ну правда же. И... никого на порог больше не
пускаю. Все. Отгуляла. Скоро... вот возьму и напишу Паше.
Она его любит. Я вижу. А ведь у них до драк доходило. Пашка пьянствовал
и бил ее, а она, как говорят, "гуляла от него" вовсю. В поклонниках
недостатка, как вы понимаете, не было. Я уверен, Пашка и запил от ревности,
и безобразничать начал тоже. Он ее и любит и ненавидит, можете себе такое
представить? Я могу. Но вот стряслась беда, исчез Пашка из ее жизни. Она
вроде бы наконец-то вздохнула, начала жить как ей хочется, закружилась. Вот
хотя бы этот Толик или Мушанский. Да и не они одни, конечно. Могла бы и
забыть давно своего изверга Пашку. Но вот стоило только напомнить о нем,
сказать, что другим, мол, он стал и любит ее, как что-то разом
всколыхнулось, поднялось у нее в душе, что-то там вдруг произошло.
- Напишите, - говорю. - Обязательно напишите. А там, может быть, и
поедете к нему.
- Это как же? - испуганно спрашивает Варвара.
- А так. Хорошо себя Паша зарекомендовал. Думаю, разрешат ему скоро до
конца срока жить вольно на какой-нибудь стройке. Туда и семьи приезжают. А
он слесарь такой, что поискать.
Варвара, опустив глаза, Молчит. Только на чистом ее лбу вдруг пролегла
маленькая морщинка. Задумалась. Молчу и я, отхлебывая остывший чай. Потом
прошу разрешения закурить и приступаю к другой теме.
- Варя, - говорю, - а вы не помните, этот My... Михаил Семенович
что-нибудь о себе рассказывал в тот вечер, в кафе?
- Что?..
Она с трудом отрывается от своих мыслей.
- Ах, этот... - Она зло хмурится, устремив взгляд куда-то в
пространство. - Известно, что говорил. Одинокий, мол. Ласки женской не
видит. Подруги жизни у него нет. Ну чего вы все в таких случаях говорите, не
знаете разве? - Но, взглянув на меня, вдруг смущается. - Я не про вас,
конечно. Вы вроде не такой.