Аркадий Григорьевич Адамов. Злым ветром -
43 >
них разбираться неинтересно, они слишком примитивны. Захотел напиться -
напился, отнять - отнял, захотел порезать - порезал, а может, и убил, дело
какое. Все это для него "семечки", для амебы.
Но этот "артист" не амеба. Его аморальность не от серости, не от
примитивности. У него должна быть своя "философия", я так полагаю. Все
оправдывающая, все объясняющая и даже воспевающая. Это близко к
"сверхчеловеку", наверное, которому все позволено.
Но добраться до этого типа совсем не просто.
- То, что мы о нем все знаем, - говорит Кузьмич, - этому пока грош цена
в базарный день. У него уже новая фамилия, новый паспорт и биография. И в
театрах он уже не играет. Он уже путь прошел немалый, вниз, конечно.
"Да, "сверхчеловеки" тоже проходят каждый свой путь вниз", - думаю я.
- ...Вот раньше-то он на людей не кидался, - продолжает Кузьмич. - А
сейчас кинулся. От вора к убийце путь его.
- Положение у него было безвыходное, - возражает Игорь. - Змея ведь
кусается, если на нее наступишь.
- Тут другой случай, - Кузьмич качает головой и смотрит на меня. - Что,
Варвара-то твоя не звонила?
- Нет, - отвечаю. - Рано. Только три дня прошло.
Мы сидим в его кабинете. Три часа дня. За окном сеет нудный холодный
дождь. В комнате тоже холодно. Топить еще не начали. Чертов октябрь!
Сейчас начнется оперативное совещание. Важное совещание. Я уже
догадываюсь, что у нашего Кузьмича созрел какой-то план.
Глава III
РАЗНЫЕ ВЕРСИИ
Да, Кузьмич наш, конечно, кое-что подготовил. Но начинает он, как
всегда, издалека.
- Давайте, милые мои, разберемся, - говорит он. - И подумаем. Последняя
кража немного выбила нас из колеи, - добавляет Кузьмич. - Засуетились.
Никуда это не годится. А почему засуетились? Да потому, что нет плана, нет
твердых версий. Розыск по приметам и по вещам - это само собой. А мы только
на него и положились. На первых порах это было понятно. Но сейчас... - Он