Аркадий Григорьевич Адамов. Злым ветром -
31 >
прибрала. Горит свет, душно, накурено.
Варвара с виду нисколько не смущена, держится свободно и чуть
насмешливо. Выдержке ее позавидовать можно, ведь догадывается, конечно, что
не зря я пришел.
- Присаживайтесь, - говорит. - С чем пожаловали? Толик, - обращается
она к парню, - подай гостю стул вон тот.
Толик нехотя выполняет ее приказ и сам тоже садится, стул жалобно
скрипит под его тяжестью. Парень, между прочим, явно не Спиноза, соображает
туго и в ситуации никак разобраться не может: тяжкая работа мысли явно
отражается на его круглом обветренном лице. Ну что ж, соображай, милый,
соображай, это иногда полезно.
Я прошу разрешения закурить, потом говорю:
- Вот был недалеко, зашел проведать. Как, думаю, живет наша Варя.
И тоже ей улыбаюсь.
- Хороша Маша, да не ваша, - хмуро басит Толик.
Он горит желанием выкинуть меня за дверь. Вполне понятно. Пришел
какой-то пижонистый парень и ведет себя так, словно он сто лет Варвару
знает. А знать Варвару и не крутить с ней - это у Толика в голове никак не
укладывается. И потому он начинает ко мне задираться. Его, наверное, парни
побаиваются, силища-то в нем бычья. Вот он и привык полагаться на нее. Тем
более что ничем другим природа его, к сожалению, не одарила.
- А сам ты кто? - усмехаясь спрашивает он.
- Знакомый, - говорю.
И мы с Варварой обмениваемся понимающими улыбками. Это Толику уже
совсем не нравится. Он угрожающе заявляет:
- Я, учти, и не таких, как ты, отваживал.
- Сиди уж, - обеспокоенно вмешивается Варвара. - Наговоришь тут на
себя.
Но Толик понимает ее так, что она считает его пустым хвастуном, и
решает показать свою мужскую твердость.
- Так что давай уматывай, пока цел, - говорит он.
Меня такой Оборот дела вполне устраивает. Ведь если дойдет до
конфликта, то Варвара будет, конечно же, на моей стороне. Не дурочка она,
чтобы из-за этого битюга со мной ссориться. Да и не очень-то она его высоко