Борис Акунин. Смерть Ахиллеса -
94 >
что же делать, что делать... Соваться к Владимиру Андреевичу бессмысленно --
не в том он нынче состоянии. Да и Караченцев не поможет -- у него сейчас ни
одного городового лишнего. Вечером следует ожидать всенародной ажитации по
случаю прискорбного события, да и высоких особ сколько пожаловало -- каждую
надобно охранять и оберегать от террористов да бомбистов. Нет, милостивый
государь, ничего сегодня с облавой не выйдет, даже и не думайте.
-- Так ведь упустим, -- чуть не простонал Фандорин.
-- Уйдет.
-- Вероятнее всего, уже ушел, -- мрачно вздохнул Хуртинский.
-- Если и ушел, так след еще свежий. Глядишь, какую-никакую ниточку и
п-подцепим:
Петр Парменович деликатнейшим образом взял собеседника под локоток:
-- Ваша правда. Время терять преступно. Я ведь не первый год
московскими тайнами ведаю. Знаю и Мишу Маленького. Давненько к нему
подбираюсь, да ловок, бестия. И вот что я вам скажу, дорогой Эраст Петрович.
-- Голос надворного советника зазвучал ласково, доверительно, всегда
прищуренные глаза раскрылись во весь калибр и оказались умными,
проницательными. -- Откровенно говоря, вы мне поначалу не понравились. То
есть совсем. Вертопрах, подумал я, белоподкладочник. Припорхнул на
готовенькое, добытое потом и кровью. Но Хуртинский всегда готов признать,
ежели неправ. Ошибался я на ваш счет -- события последних двух дней это
красноречивейше проявили. Вижу, что человек вы умнейший и опытнейший, а
сыщик первостатейлый.
Фандорин слегка поклонился, ожидая, что последует дальше.
-- И вот какое у меня к вам предложеньице. Если, конечно, не
побоитесь... -- Петр Парменович придвинулся вплотную и зашептал. -- Чтоб
нынешний вечер впустую не пропал, не прогуляться ли вам по хитровским
притонам, не произвести ли разведочку? Мне известно, что вы непревзойденный
мастер маскарада, так что для вас хитрованцем прикинуться -- пара пустяков.
Я бы вам подсказал, где вероятнее всего на Мишин след выйти. Располагаю