Борис Акунин. Смерть Ахиллеса -
59 >
-- Там. -- Маса показал куда-то вниз. -- В горшках растут.
-- А при чем здесь массаж шеи?
Слуга посмотрел на хозяина сожалеюще:
-- Массаж шеи переходит в массаж плеч, потом в массаж спины, потом...
-- Ясно, -- вздохнул Эраст Петрович. -- Можешь не продолжать. Подай-ка
лучше сундучок с гримерными принадлежностями.
Маса оживился:
-- У нас будет приключение?
-- Не у нас, а у меня. И вот еще что, утром я не успел сделать
гимнастику, а мне нынче нужно быть в форме.
Японец стал снимать хлопчатый халат, который обычно носил, находясь
дома.
-- Господин, мы побегаем по потолку или опять будем драться? Лучше по
потолку. Вот очень удобная стена.
Фандорин осмотрел оклеенную обоями стену, лепной потолок и усомнился:
-- Больно высоко. Тут не меньше двенадцати сяку. Ну да ничего,
попробуем.
Маса уже стоял в одной набедренной повязке. На лоб он повязал
чистенькую белую тряпицу, на которой красной тушью был выведен иероглиф
"усердие". Эраст Петрович же переоделся в обтягивающее полосатое трико, обул
каучуковые тапочки, потом немного попрыгал, поприседал и скомандовал:
-- Ити, ни, сан!
Оба разом рванулись с места, взбежали вверх по стене и, совсем немного
не достигнув потолка, оттолкнулись от вертикали. Сделав сальто в воздухе,
приземлились на ноги.
-- Господин, я выше добежал -- вон до той розочки, а вы на две розочки
ниже, -- похвастался Маса, показывая на обои.
Вместо ответа Фандорин снова прокричал:
-- Ити, ни, сан!
Головокружительный трюк был повторен, и на сей раз слуга,
перекувырнувшись, коснулся ногой потолка.
-- Я достал, а вы нет! -- сообщил он. -- И это при том, господин, что у
вас ноги значительно длиннее моих.
-- Ты сделан из резины, -- проворчал слегка запыхавшийся Фандорин. --
Ладно, теперь подеремся.
Японец поклонился в пояс и без особой охоты встал в боевую стойку: ноги
согнуты в коленях, ступни развернуты, руки расслаблены.