54 >

     --  Именно.  Да  и  есть свои  правила  дипломатического  приличия. Ну,
арестую я его, вышлю. И что? Немцы тут  же какого-нибудь нашего вышлют. Кому
это нужно? Трогать резидентов  без особого  на то  распоряжения не положено.
Однако данный случай переходит все границы джентльменства.
     Эраст   Петрович  от   такого   understatement   [Недостаточно  сильное
высказывание (англ.)] поневоле улыбнулся:
     -- Мягко говоря, да. Улыбнулся и генерал.
     -- Так что герра Кнабе будем  брать.  Вопрос:  где  и когда. -- Евгений
Осипович  улыбнулся  еще  шире.  --  Думаю,  сегодня  вечером,  в  ресторане
"Альпийская  роза". Дело  в том, что  по имеющимся  у меня данным  (он снова
похлопал по закрытой папке) Кнабе  по вечерам часто там бывает. Сегодня тоже
протелефонировал,  заказал  столик  на  семь  часов.  Почему-то  на  фамилию
"Розенберг", хотя, как вы понимаете, в ресторане его отлично знают.
     --  Интересно, --  заметил  на это  Фандорин. -- И  в самом  деле, надо
брать.
     Генерал кивнул.
     -- Распоряжение  генерал-губернатора  насчет  ареста имеется.  Мое дело
солдатское: начальство приказало -- выполнять.
     -- Откуда известно, что Кнабе т-телефонировал и заказал столик на чужую
фамилию? -- подумав, спросил Эраст Петрович.
     -- Технический прогресс. -- Глаза обер-полицеймейстера лукаво блеснули.
--  Телефонные переговоры можно прослушивать со станции. Но это строго между
нами.  Если  узнают,  я  потеряю  половину  информации.  Между прочим,  ваша
подружка Ванда тоже сегодня будет выступать в "Розе". Велела портье подавать
коляску к шести. Предвидится интересная встреча. Вот бы их, голубков, вместе
и взять. Вопрос -- как действовать?
     -- Решительно, но не ломая д-дров.
     Караченцев вздохнул:
     -- С решительностью у моих орлов все в порядке. С дровами хуже.
     Эраст Петрович заговорил полуфразами:
     --  А  если  бы   я  сам?  Как  частное  лицо?   Если  что  --  никаких
дипломатических   конфликтов.   Ваши   на   страховке,   а?   Только,   ваше

Следующая

54 >