Аркадий Григорьевич Адамов. На свободное место -
55 >
хочется. И нет сил. Хочется просто лежать. Но я заставляю себя... Так...
Так... Уф-ф!.. Я медленно переворачиваюсь на спину. Потом на другой бок. И
вдруг... сразу передо мной, в темноте, начинает светиться окно, далеким
золотистым городским заревом. Теперь все понятно. Я лежал лицом вниз, ничего
не видел. И я, лежа на боку, постепенно все вспоминаю. Конечно, я на кухне.
Новая задача - подняться. Не хочется. Хочется вот так лежать, и все.
Долго лежать. Но я же знаю, что надо подняться. Надо. Непременно. Ну,
сначала хотя бы на колени... Потом можно будет снова лечь, лукавя, обещаю я
самому себе... Как ужасно дрожат руки... Так... Так... Вот так...
Я подползаю к двери и, опираясь на стену, медленно поднимаюсь. Теперь
дрожат ноги... Ну, вот. Так. Хорошо... А ты говорил... Я уже стою, припав к
стене. Где-то внутри, в животе, зарождается тошнота, ползет к горлу... Я
судорожно глотаю слюну. Еще... еще... Тошнота отступает. Я шарю рукой по
стене возле двери. Нащупываю выключатель. Сильно жму на него пальцем. И
сразу, вместе со щелчком, вспыхивает свет. Я невольно жмурюсь.
Так. Совсем другое дело. Только очень болит голова. Еще бы! Как это
Леха вообще не расколол ее пополам. Волновался, подлец, спешил? Спасибо еще,
что оставил в живых. Спасибо, Леха...
А теперь пойдем в переднюю. Не спеши, друг милый, не спеши... Держись
за стенку, если кружится голова... Вот так... Ох, опять подступает тошнота.
Останавливаюсь. Начинаю судорожно глотать слюну. Так... Полегче... Можно
двигаться дальше... Вот так.
Сколько же времени сейчас, интересно знать? Я останавливаюсь и долго
смотрю на часы, поднеся руку к глазам. Наконец соображаю, что они идут и на
них половина одиннадцатого. Сколько же часов я тут провалялся, в этой
проклятой квартире?.. Мы пришли сюда... Когда же мы сюда пришли? В четыре...
да, в четыре мы встретились с Музой... О ней потом. Надо высчитать время. В
четыре... Около пяти приехали сюда... Час ждали, не меньше... Значит, Чума