Аркадий Григорьевич Адамов. На свободное место -
19 >
- И того, значит, не зазря, - вполне к месту интересуется Илья
Захарович. - За дело, выходит, а, Леха?
- За дело, - хмуро соглашается Леха.
- Как же вы с ним перекрестились, ежели ты первый раз в Москве, а он,
выходит, тутошний? - не отстает Илья Захарович.
- Он тоже из наших мест.
- Чего же вы его там не завалили, у себя? - удивляется Илья Захарович.
- Чего проще-то, лопухи?
- Значит, надо было так, - недовольно отрезает Леха и предупреждает: -
Не цепляйся, дядя Илья. Больше трепать об этом деле не буду. Нельзя.
- О! - поднимает палец Илья Захарович и обращается ко мне: - Видал,
Витек? Я ж тебе говорю, деловой мужик, - указывает он на Леху. - Вполне
можешь доверить ему... кое-что. Как он нам.
- Ну, так как, едем, что ли? - спрашиваю я таким тоном, словно проверяю
Леху, "деловой" он мужик или так, и в самом деле мелочь пузатая, как
выразился Илья Захарович, и можно ли вообще с Лехой иметь дело.
- Некуда пока ехать, понял? - горячо, даже с каким-то надрывом отвечает
мне Леха, как бы принимая мой вызов и изо всех сил демонстрируя искренность.
- У Чумы она, пушка-то. Его она. А маслят нет. Он чего хочешь за них отдаст.
- Ну, а за чем дело?
- За Чумой и дело, - все так же горячо отвечает Леха, совсем утеряв
свою сдержанную солидность. - Мы как в тот вечер разбежались, так и не
сбежались пока. Побоялся я по тому адресу идти, куда меня ночевать
определили. К бабке одной. Вот к вам, значит, прибился. Ну, Чума меня и
потерял. И я про него пока ничего не знаю.
- Ну и что дальше? - холодно и напористо продолжаю спрашивать я, словно
экзаменуя Леху.
- А дальше вот - звоню Музке-Шоколадке, бабе его, - охотно продолжает
Леха. - Она по телефону темнит. Чуму даже называть не хочет. Встретиться,
говорит, надо. В городе. К себе, видишь, не пускает.
- А вообще-то ты с ней знаком?
- Какой там знаком. Издаля видел два раза.
- Чума у нее живет?
- Хрен его знает. Может, и у нее.