48 >

раздвинули сторы, почтальон  доставил  срочную  телеграмму  на  имя  графини
Опраксиной.
     Момус сидел в карете чуть наискосок от усадьбы,  следил  по  часам.  За
окнами флигеля наметилось  какое-то  движение  и  вроде  бы  даже  донеслись
женские крики. Через тринадцать минут после доставки депеши из дома поспешно
вышли сам господин Фандорин и графиня.  Сзади  семенила,  завязывая  платок,
румяная молодка - вышеупомянутая горничная Наташа. Мадам Опраксина пребывала
в несомненной ажитации, надворный советник ей что-то говорил  -  как  видно,
успокаивал, но графиня успокаиваться явно не желала. Что ж,  ее  сиятельство
можно понять. Доставленная телеграмма  гласила:  "Адди,  прибываю  в  Москву
одиннадцатичасовым поездом и сразу к вам. Так более продолжаться не может.
     Вы или уедете со мной,  или  же  я  застрелюсь  на  ваших  глазах.  Ваш
обезумевший Тони".
     Именно  так,  по  полученным  от  горничной  сведениям,  звала  Ариадна
Аркадьевна своего хоть и брошеного, но законного супруга, тайного  советника
и камергера графа Антона Аполлоновича Опраксина. Совершенно естественно, что
мсье Фандорин решит избавить даму от неприятной  сцены.  При  эвакуации  он,
разумеется, будет ее сопровождать,  поскольку  нервы  у  Ариадны  Аркадьевны
тонкие и утешать ее придется долго.
     Когда приметные фандоринские сани с пушистой полостью из  американского
медведя  скрылись  за  углом,  Момус  неспеша  выкурил  сигару,  проверил  в
зеркальце, в порядке ли маскарад, и  ровно  в  двадцать  минут  двенадцатого
выскочил из кареты. Он был в камергерском мундире с  лентой,  при  звезде  и
шпаге, на голове треуголка с плюмажем. Для человека, который  только  что  с
поезда, наряд, конечно, странный, но слугу-азиата должен впечатлить.
     Главное - быстрота и натиск. Не давать опомниться.
     Момус решительно вошел  в  ворота,  полубегом  пересек  двор  и  громко
заколотил в дверь флигеля, хотя отлично видел звонок.
     Открыл камердинер Фандорина. Японский подданный, имя  -  Маса,  хозяину

Следующая

48 >