Борис Акунин. Пиковый валет -
34 >
службу, покупал весь набор городских газет. Подчеркивал в них все
примечательное и необычное, а за обедом докладывал "шефу".
Про обед надо сказать особо. Когда графиня бывала в духе и выходила к
столу, кормили изысканно - блюдами, доставленными из французского ресторана
"Эртель": какой-нибудь шофруа из бекасов с трюфелями, салат ромен, маседуан
в дыне и прочие кулинарные чудеса, о которых Анисий прежде и не слыхивал.
Если же Адди с утра хандрила у себя в будуаре или отправлялась развеяться по
галантерейным и парфюмерным магазинам, власть в столовой захватывал Маса, и
тут выходил совсем иной коленкор. Из японо-китайской лавки, что на
Петровских линиях, фандоринский камердинер приносил пресного рису,
маринованной редьки, хрустящих, похожих на бумагу водорослей и сладкой
жареной рыбы. Надворный советник поедал всю эту отраву с видимым
удовольствием, Анисию же Маса выдавал чай, свежий бублик и колбасу. По
правде говоря, такая трапеза Тюльпанову нравилась куда как больше, потому
что в присутствии своенравной красавицы он сильно тушевался, и оценить
сказочные деликатесы по достоинству все равно не мог.
Эраст Петрович внимательно выслушивал результаты утренних тюльпановских
изысканий. Б(льшую часть отметал, прочее соглашался взять на заметку. Во
второй половине дня разъезжались проверять: Анисий - подозрительные
объявления, шеф - важных персон, прибывших в Москву (якобы визитировал с
приветствием от генерал-губернатора, а на самом деле приглядеться, не
самозванец ли).
Пока все было впустую, но Анисий носа не вешал. Эх, служить бы так
вечно.
Сегодня с утра у Соньки болел живот - видно, опять известку с печки
жевала, и потому Тюльпанов позавтракать дома не успел. Кофею во флигеле ему
тоже не дали - день выдался "громкий". Сидел Анисий в кабинете тихонько,
листал газеты, и в глаза, как на грех, лезла реклама всякой снеди.
"На Сретенку, в лавку Сафатова, поступила необыкновенной доброты