Борис Акунин. Пиковый валет -
16 >
посражается.
Опять же и по человеческой иерархии на валета высвечивало. Оценивал
Момус себя трезво: не туз, конечно, и не король, но и не фоска. Так,
валетик.
Однако не какой-нибудь скучный трефовый, или добропорядочный бубновый,
или, упаси боже, слюнявый червовый, а особенный, пиковый. Пика - масть
непростая. Во всех играх самая младшая, только в бридж-висте кроет и трефу,
и черву, и бубну. Вывод: сам решай, в какую игру тебе с жизнью играть, и
твоя масть будет главной.
В раннем детстве Момусу не давала покоя поговорка про двух зайцев. Ну
почему, недоумевал он, нельзя поймать сразу обоих? Что ж, от одного
отказываться, что ли? Маленький Момус (тогда еще и не Момус, а Митенька
Саввин) с этим был решительно не согласен. И вышел кругом прав. Дурацкая
оказалась поговорка, для тупых и ленивых. Случалось Момусу за раз даже и не
двух, а много больше ушастых, серых, пушистых вылавливать. Для того была у
него разработана собственная психологическая теория.
Много наук напридумывали люди, от большинства из них нормальному
человеку и пользы-то никакой, а вот ведь трактаты пишут, магистерские и
докторские диссертации защищают, членами академий становятся. Момус
сызмальства чувствовал кожей, костями, селезенкой, что самая главная наука -
не арифметика или там какая-нибудь латынь, а умение нравиться. Вот он, ключ,
которым можно любую дверку открыть. Странно только, что этой наиглавнейшей
науке не учили ни гувернеры, ни гимназические учителя. Постигать ее законы
приходилось самому.
Но это, если поразмыслить, было даже на руку. Талант к важнейшей науке
у мальчика обнаружился рано, а что другим преимущества этой дисциплины
невдомек, так и слава богу.
Обычные люди почему-то относились к ключевому делу без внимания и
толка, считали так: нравлюсь - хорошо, не нравлюсь - что поделаешь, насильно
мил не будешь. Будешь, думал подрастающий Митенька, еще как будешь. Если ты
человеку понравился, сумел к нему ключик подобрать, - все, твой он, этот