Борис Акунин. Пиковый валет -
14 >
никакие искорки в его голубых глазах уже не сверкали, лицо господина
Фандорина выражало теперь только тревогу за авторитет власти. - Слух
разнесется - весь г-город животики надорвет. Этого допустить нельзя.
- Позвольте, - снова закипятился князь. - Так что же, с рук им что ли
спустить, "валетам" этим?
- Ни в коем случае. И я этим д-делом займусь. Только конфиденциально,
без огласки. - Фандорин немного подумал и продолжил. - Лорду Питсбруку
деньги придется вернуть из городской к-казны, принести извинения, а про
"валета" ничего не объяснять. Мол, недоразумение вышло. Внук
насвоевольничал.
Услышав свое имя, англичанин обеспокоенно спросил надворного советника
о чем-то, тот коротко ответил и снова обратился к губернатору:
- Фрол Григорьевич придумает что-нибудь правдоподобное для прислуги. А
я займусь поисками.
- В одиночку разве энтаких прохиндеев сыщешь? - усомнился камердинер.
- Да, трудновато. Но круг посвященных расширять нежелательно.
Фандорин взглянул на очкастого секретаря, которого князь назвал
"Иннокентием", и покачал головой. Видно, Иннокентий в помощники не годился.
Потом Эраст Петрович повернулся к Анисию, и тот закоченел, остро ощущая всю
свою непрезентабельность: молод, тощ, уши торчат, да еще прыщи.
- Я что... Я буду нем, - пролепетал он. - Честное слово.
- Эт-то еще кто? - рявкнул его сиятельство, кажется, впервые углядев
жалкую фигуру рассыльного. - Паччему здесь?
- Тюльпанов это, - пояснил Фандорин. - Из Жандармского управления.
Опытный агент. Вот он мне и п-поможет.
Князь окинул взглядом сжавшегося Анисия, сдвинул грозные брови.
- Ну смотри у меня, Тюльпанов. Будешь полезен - человеком сделаю. А
дров наломаешь - в порошок сотру.
Когда Эраст Петрович и очумевший Анисий шли к лестнице, было слышно,
как Ведищев сказал:
- Владим Андреич, воля ваша, а денег в казне нету. Шутка ли - сто тыщ.
Обойдется англичанин одними извинениями.