Борис Акунин. Страсть и долг -
2 >
доме, не сговариваясь, смотреть перестали - только голливудский сериал
"Скорая помощь" и канал "Культура". Радио тоже не слушали.
О кошмаре в семье говорить было не принято - будто не было его, и все
тут. Первые недели Полина Аполлоновна ходила вся почерневшая и смотреть на
супруга избегала, а потом преодолела себя, поняла, что, если еще и она мужа
казнить станет - сломается Гавриил Львович, не выдержит. Не то чтобы даже
пожалела его, клятвопреступника и блудодея, нет. Просто вспомнила о долге.
Ведь одно дело - Ганечка, слабости и грехи которого за долгие годы
замужества она изучила слишком даже хорошо, и совсем другое дело -
генеральный прокурор Курятников, государственный муж и человек чести. То
есть, конечно, было совершенно очевидно, что женского прощения Гавриилу
Львовичу не дождаться никогда, но уважения супруги он, по крайней мере, не
утратил. Как и своего собственного.
Да, слаб и грешен. Знал это за собой всю жизнь, еще с Пажеского
корпуса, когда после вечерней молитвы лазил через забор и до рассвета
пропадал в дешевых домах терпимости на Лиговке.
Страшный, сильный бес, имя которому сладострастие, с младых ногтей
терзал плоть и душу Гани Курятникова лютым соблазном. По молодости лет
справляться с напастью Гавриил Львович не умел вовсе и не раз попадал из-за
своей пылкой влюбчивости и африканской чувственности в рискованные истории.
Как только на юридическом поприще удержался - загадка. Верно, берег
Курятникова ангел-хранитель, мощнокрылый Гавриил, от гибели, для некоей
великой цели. А гибель по временам ходила близехонько. До сих пор в сырую
погоду давал себя знать кусок свинца, засевший под правым локтем, -
напоминание о давней дуэли со вторым секретарем Свято-Даниловского райкома
из-за золотоволосой лорелеи замзаворг-сектором. Да и позже, уже в
Первопрестольной, случалось всякое - хлебнула Полина Аполлоновна, тогда еще
просто Полинька, и горя, слез, и сердечных обид.