Борис Акунин. Турецкий гамбит -
99 >
будут долго стрелять из пушек, потом побегут вперед и п-поднимутся клубы
дыма, вы ничего не увидите, только услышите, как одни кричат "ура", а другие
кричат от боли. Очень интересно. Наша с вами работа не там, а здесь, в
т-тылу.
- Тыловая крыса, - вспомнила Варя подходящий к случаю термин и оставила
мизантропа наедине с его Тацитом.
Высотку, на которой расположились корреспонденты и военные наблюдатели
нейтральных стран, найти оказалось просто - еще с дороги, сплошь запруженной
повозками с боеприпасами, Варя увидела вдали белое полотнище. Оно вяло
покачивалось на ветру, под ним темнело изрядное скопление людей - пожалуй,
человек сто, если не больше. Дорожный распорядитель, осипший от крика
капитан с красной повязкой на рукаве, распределявший, куда подвозить снаряды
в первую очередь, мельком улыбнулся миловидной барышне в кружевной шляпке и
махнул рукой:
- Туда, туда, мадемуазель. Да смотрите никуда не сворачивайте. По
белому флагу вражеская артиллерия не бьет, а в прочие места нет-нет да и
залетит снарядик-другой. Куда, куда попер, дубина стоеросовая?! Я же сказал,
четырехфунтовые на шестую!
Варя тронула поводья смирного каурого конька, позаимствованного в
лазаретной конюшне, и поехала на флаг, с любопытством озираясь вокруг.
Вся долина перед грядой невысоких холмов, за которыми начинались
подступы к Плевне, была испещрена странными островками. Это, разбившись
поротно, лежала на траве пехота, дожидаясь приказа об атаке. Солдаты
вполголоса переговаривались, время от времени то отсюда, то оттуда доносился
неестественно громкий хохот. Офицеры, собравшись группками по несколько
человек, дымили папиросами. На Варю, ехавшую амазонкой, смотрели удивленно и
недоверчиво, словно на существо из иного, ненастоящего мира. От вида этой
шевелящейся, жужжащей долины стало не по себе. Варя отчетливо увидела, как
над пыльной травой кружит ангел смерти, вглядываясь и помечая лица своей
