98 >

именно с той стороны, но Маклафлин и  д'Эвре  переубедили,  коллег.  Главный
аргумент у них был такой: пусть левый фланг даже окажется второстепенным, но
там Соболев, а значит, без сенсации не обойдется.
     Позавтракав вместе с бледными, вздрагивающими  от  выстрелов  сестрами,
Варя отправилась разыскивать Эраста Петровича. В штабе титулярного советника
не оказалось, в особой части тоже. На всякий случай Варя заглянула к нему  в
палатку и увидела, что  Фандорин  преспокойно  сидит  в  складном  кресле  с
книгой в руке и, покачивая сафьяновой туфлей с загнутым носком, пьет кофе.
     - Вы когда на позицию? - спросила Варя, усаживаясь на койку, потому что
больше было некуда.
     Эраст Петрович пожал плечами. Лицо его так и светилось свежим румянцем.
Лагерная жизнь явно шла бывшему волонтеру на пользу.
     - Неужто будете сидеть здесь весь день? Д'Эвре сказал, что  сегодняшнее
сражение - крупнейший штурм укрепленной  позиции  за  всю  мировую  историю.
Грандиозней, чем взятие Малахова кургана.
     - Ваш  д'Эвре  любит  п-приврать,  -  ответил  титулярный  советник.  -
Ватерлоо и Бородино были помасштабней, не  говоря  уж  о  лейпцигской  Битве
народов.
     - Вы просто чудовище! Решается судьба России, гибнут тысячи людей, а он
сидит, книжку читает! Это в конце концов безнравственно!
     - А смотреть с безопасного расстояния, как люди убивают  друг  д-друга,
нравственно? - В голосе Эраста Петровича, о  чудо,  прозвучало  человеческое
чувство - раздражение. - Благодарю п-покорно, я этот спектакль уже  наблюдал
и даже в нем участвовал.  Мне  не  п-понравилось.  Я  уж  лучше  в  обществе
Т-тацита. - И демонстративно уткнулся в книгу.
     Варя вскочила, топнула ногой и направилась к выходу, но Фандорин сказал
ей в спину:
     - Вы уж там  поосторожней,  ладно?  С  к-корреспондентского  пункта  ни
ногой. Мало ли что.
     Она остановилась и удивленно оглянулась на Эраста Петровича.
     - Заботу проявляете?
     - П-право слово, Варвара Андреевна, ну что  вы  там  потеряли?  Сначала

Следующая

98 >