97 >

правоверным пора совершать намаз, триста русских и румынских орудий  откроют
ураганный  огонь  по  турецким  укреплениям,  а  ровно  в  девять   канонада
прекратится. Осман-паша, ожидая атаки, пошлет на  передовые  позиции  свежие
войска, но не тут-то было: союзники не двинутся с места, и над  плевненскими
просторами воцарится тишина. В одиннадцать ноль ноль на недоумевающих  турок
обрушится новый шквал огня, который продлится до часа  дня.  Далее  -  опять
затишье. Противник уносит  раненых  и  убитых,  наскоро  латает  разрушения,
подкатывает новые пушки взамен разбитых, а штурма все нет. У турков, которые
крепкими нервами не отличаются и, как известно, способны на минутный  порыв,
но  пасуют  перед  любым  продолжительным  усилием,  натурально   начинается
замешательство, а возможно, и паника. На передовую наверняка съезжается  все
басурманское начальство, смотрит в бинокли, ничего не  понимает.  И  тут,  в
четырнадцать тридцать, противника накрывает третья  волна  канонады,  а  еще
через полчаса на измученных ожиданием турок устремляются штурмовые колонны.
     Варя поежилась, представив себя на месте несчастных защитников  Плевны.
Ведь это ужасно - ждать решительных событий и час,  и  два,  и  три,  а  все
попусту. Она бы точно не выдержала. Задумано хитро, этого у  штабных  гениев
не отнимешь.
     Бу-бух! Бу-бух! - ухали тяжелые осадные орудия. Бух-бух-бух!  -  пожиже
вторили полевые пушки. Это надолго, подумала Варя. Надо бы позавтракать.
     Журналисты, не извещенные о хитроумном плане артиллерийской подготовки,
выехали на позицию еще затемно.  Местонахождение  корреспондентского  пункта
следовало обговорить с  командованием  заранее,  и  после  долгих  дискуссий
большинством  голосов  решили  проситься  на  высотку,  расположенную  между
Гривицей, где находился  центр  позиции,  и  Ловчинским  шоссе,  за  которым
располагался  левый   фланг.   Поначалу   большинство   журналистов   хотели
обосноваться ближе к правому флангу, потому что главный удар явно  намечался

Следующая

97 >