Борис Акунин. Турецкий гамбит -
86 >
оглядываясь по сторонам.
Людей в фойе было довольно много, все больше господа в летних пиджаках
и румынские офицеры. Они с любопытством наблюдали за пикантной сценой, но
заступаться за даму (да и даму ли?), кажется, не собирались.
Лукан сказал что-то по-румынски, и зрители понимающе засмеялись.
- Много пила, Маруся? - спросил один по-русски, и все захохотали еще
пуще.
Полковник властно обхватил Варю за талию и повел к выходу, да так
ловко, что сопротивляться не было никакой возможности.
- Вы наглец! - воскликнула Варя и хотела ударить Лукана по щеке, но он
успел схватить ее за запястье. От придвинувшегося вплотную лица пахнуло
смесью перегара и одеколона. Сейчас меня вытошнит, испуганно подумала Варя.
Однако в следующую секунду руки полковника разжались сами собой.
Сначала звонко хлопнуло, потом сочно хряпнуло, и Варин обидчик отлетел к
стене. Одна его щека была багровой от пощечины, а другая белой от увесистого
удара кулаком. В двух шагах плечом к плечу стояли Д'Эвре и Зуров.
Корреспондент потряхивал пальцами правой руки, гусар потирал кулак левой.
- Между союзниками пробежала черная кошка, - констатировал Ипполит. - И
это только начало. Мордобоем, Лука, не отделаешься. За такое обхождение с
дамой шкуру дырявят.
Д'Эвре же ничего не сказал - молча стянул белую перчатку и швырнул
полковнику в лицо.
Тряхнув головой, Лукан распрямился, потер скулу. Посмотрел на одного,
на другого. Варю больше всего поразило то, что о ее существовании все трое,
казалось, совершенно забыли.
- Меня вызывают на дуэль? - Румын сипло, словно через силу, цедил
французские слова. - Сразу оба? Или все-таки по одному?
- Выбирайте того, кто вам больше нравится, - сухо обронил д'Эвре. - А
если повезет с первым, будете иметь дело со вторым.
- Э-э нет, - возмутился граф. - Так не пойдет. Я первым сказал про
шкуру, со мной и стреляться.
- Стреляться? - неприятно засмеялся Лукан. - Нет уж, господин шулер,