Борис Акунин. Турецкий гамбит -
85 >
поражением.
- В самом деле? - спросил д'Эвре, внимательно посмотрев на Лукана.
- Превосходно выглядите, Варвара Андреевна, - сказал Зуров. - Это что у
вас, мартель? Человек, бокалов сюда!
Румын выпил коньяку и смерил обоих мрачным взглядом.
- Кому предсказал? Когда? - прищурился Маклафлин.
- В рапорте на имя своего государя, - пояснила Варя. - И теперь
проницательность полковника оценена по заслугам.
- Угощайтесь, господа, пейте, - широким жестом пригласил Лукан и
порывисто поднялся. - Все пойдет на мой счет. А мы с госпожой Суворовой едем
кататься. Она мне обещала.
Д'Эвре удивленно приподнял брови, а Зуров недоверчиво воскликнул:
- Что я слышу, Варвара Андреевна? Вы едете с Лукой?
Варя была близка к панике. Уехать с Луканом - навсегда погубить свою
репутацию, да еще не известно, чем кончится. Отказать - сорвать полученное
задание.
- Я сейчас вернусь, господа, - произнесла она упавшим голосом и
быстро-быстро зашагала к выходу. Надо было собраться с мыслями.
В фойе у высокого, с бронзовыми завитушками зеркала остановилась,
приложила руку к пылающему лбу. Как поступить? Подняться к себе в номер,
запереться и на стук не отвечать. Прости, Петя, не велите казнить, господин
титулярный советник, не годится Варя Суворова в шпионки.
Дверь предостерегающе заскрипела, и в зеркале, прямо за спиной,
возникла красная, сердитая физиономия полковника.
- Виноват, мадемуазель, но с Михаем Луканом так не поступают. Вы мне в
некотором роде делали авансы, а теперь вздумали публично позорить?! Не на
того напали! Здесь вам не пресс-клуб, здесь я у себя дома!
От галантности будущего сенатора не осталось и следа. Карие с желтизной
глаза метали молнии.
- Идемте, мадемуазель, экипаж ждет. - И на Варино плечо легла смуглая,
поросшая шерстью рука с неожиданно сильными, будто выкованными из железа
пальцами.
- Вы с ума сошли, полковник! Я вам не куртизанка! - вскрикнула Варя,
