Борис Акунин. Турецкий гамбит -
59 >
"маленькая госпожа", "кучум-кадинэ".
- Не "к-кучум", а "кучук", - поправил Фандорин и вдруг покраснел, что
показалось Варе странным.
Зуров присвистнул:
- Ого! А ты-то откуда знаешь?
Эраст Петрович молчал, причем вид имел крайне недовольный.
- Господин Фандорин жил в гостях у турецкого паши, - вкрадчиво сообщила
Варя.
- И тебя там опекал весь гарем? - оживился граф. - Ну расскажи, не будь
скотиной.
- Не весь г-гарем, а только кучук-ханум, - пробурчал титулярный
советник, явно не желая углубляться в подробности. - Очень славная,
отзывчивая д-девушка. И вполне современная. Знает французский и английский,
любит Байрона. Медициной интересуется.
Агент открывался с новой, неожиданной стороны, которая Варе отчего-то
совсем не понравилась.
- Современная женщина не станет жить в гареме пятнадцатой женой, -
отрезала она. - Это унизительно и вообще варварство.
- Пгошу пгощения, мадемуазель, но это не совсем справедливое замечание,
- снова заграссировал по-русски д'Эвре, однако сразу же перешел на
французский. - Видите ли, за годы странствий по Востоку я неплохо изучил
мусульманский быт.
- Да-да, Шарль, расскажите, - попросил Маклафлин. - Я помню вашу серию
очерков о гаремной жизни. Она была превосходной. - И ирландец расцвел от
собственного великодушия.
- Любой общественный институт, в том числе и многоженство, следует
воспринимать в историческом контексте, - профессорским тоном начал д'Эвре,
но Зуров скорчил такую физиономию, что француз образумился и заговорил
по-человечески. - На самом деле в условиях Востока гарем для женщины -
единственно возможный способ выжить. Судите сами: мусульмане с самого начала
были народом воинов и пророков. Мужчины жили войной, гибли, и огромное
количество женщин оставались вдовами или же вовсе не могли найти себе мужа.
Кто бы стал кормить их и их детей? У Магомета было пятнадцать жен, но вовсе
не из-за его непомерного сластолюбия, а из человечности. Он брал на себя