38 >

что введешь в стране конституцию, - и будешь падишахом.  Принц,  разумеется,
согласился.
     Дальнейшее тебе известно. 31 августа на престол вместо безумного Мурада
V взошел Абдул-Гамид II, Мидхат стал великим везиром,  а  Анвар  остался при
новом султане закулисным манипулятором и негласным шефом тайной полиции - то
есть (ха-ха) твоим, Лаврентий, коллегой.
     Характерно, что в Турции про Анвара-эфенди почти никто не знает. Он  не
лезет вперед, на  людях  не  показывается.  Я,  например,  видел  его  всего
однажды, когда представлялся новому падишаху. Анвар сидел сбоку от трона,  в
тени, с огромной черной бородой (по-моему, фальшивой) и в темных очках,  что
вообще-то является неслыханным  нарушением  придворного  этикета.  Во  время
аудиенции Абдул-Гамид  несколько  раз  оглядывался  на  него,  словно  искал
поддержки или совета.
     Вот с кем тебе отныне придется иметь дело.  Ежели  меня  не  обманывает
чутье,  Мидхат  с  Анваром  будут  и  дальше  вертеть   султаном,   как   им
заблагорассудится, и через годик-другой... "
     - Ну, дальше неинтересно, - оборвал затянувшееся чтение Мизинов и вытер
платком вспотевший лоб. - Тем более что чутье  все-таки  обмануло  умнейшего
Николая Павловича. Мидхат-паша у власти не удержался и отправлен в изгнание.
     Эраст Петрович, слушавший очень внимательно и за все время ни  разу  не
пошевелившийся (в отличие  от  Вари,  которая  вся  извертелась  на  жестком
стуле), коротко спросил:
     - Про д-дебют ясно, про миттельшпиль тоже. Но где эндшпиль?
     Генерал одобрительно кивнул:
     - В том-то и штука. Эндшпиль получился настолько замысловат,  что  даже
многоопытного Гнатьева застал врасплох.  7  февраля  сего  года  Мидхат-пашу
вызвали к султану, взяли под стражу и  посадили  на  пароход,  который  увез
опального премьер-министра путешествовать по Европе.  А  наш  Анвар,  предав
своего благодетеля, стал "серым кардиналом" уже не при главе  правительства,
а при самом султане. Он сделал все возможное, чтобы отношения между Портой и

Следующая

38 >