Борис Акунин. Турецкий гамбит -
19 >
Про Варю и Фандорина эти ужасные люди забыли, им теперь было не до них.
Назревала рубка. Варя вертела головой то туда, то сюда, забыв об
опасности, - зрелище было страшным и красивым.
Но бой закончился, едва начавшись. Всадник в американской шляпе (он
теперь был совсем близко, и Варя разглядела загорелое лицо, бородку a-la
Louis-Napoleon {как у Луи-Наполеона (фр.)} и подкрученные пшеничные усы)
натянул поводья, замер на месте, и в руке у него откуда ни возьмись появился
длинноствольный пистолет. Пистолет - дах! дах! - выплюнул два сердитых
облачка, и бек в драном бешмете закачался в седле, словно пьяный, и стал
валиться на сторону. Один из башибузуков подхватил его, перекинул через
холку своего коня, и вся орава, не вступая в бой, стала уходить.
Мимо Вари и устало опирающегося на бесполезное ружье Фандорина
вереницей пронеслись и волшебный стрелок, и всадник в белоснежном мундире
(на плече блеснул золотом генеральский погон), и ощетинившиеся пиками
казаки.
- Там пленный офицер! - крикнул им вслед волонтер.
Тем временем неспешно подъехал последний из чудесной кавалькады,
цивильный господин, и остановился - погоня его, судя по всему, не
привлекала.
Круглые светлые глаза поверх очков участливо воззрились на спасении.
- Чэтники? - Опросил цивильный с сильным английским акцентом.
- Ноу, сэр, - ответил Фандорин и добавил еще что-то на том же языке, но
Варя не поняла, ибо в гимназии учила французский и немецкий.
Она нетерпеливо дернула волонтера за рукав, и тот виновато пояснил:
- Я г-говорю, что мы не четники, а русские и пробираемся к своим.
- Кто такие четники?
- Болгарские повстанцы.
- О-о, ви дама? - на мясистом добродушном лице англичанина отразилось
изумление. - Однако какой мэскарад! Я не знал, что русские ползуют дженщин
для эспианаж. Ви хироуиня, мэдам. Как вас зовут? Это будет отчен интэрэсно
для моих тчитатэлэй.
Он извлек из походной сумки блокнот, и Варя только теперь разглядела у